Фильмы, которые увидели будущее: что сбылось из «Ассы» и «Покаяния»

Сна­ча­ла это был фильм-прит­ча о дав­но ушед­шей дик­та­ту­ре. По­том — рок-клип, от­крыв­ший дверь мо­ло­до­му по­ко­ле­нию. А ещё поз­же — ис­то­рия о внут­рен­ней сво­бо­де и вы­бо­ре, ко­то­рый невоз­мож­но иг­но­ри­ро­вать. Се­год­ня «По­ка­я­ни­е», «Ас­са» и «Ма­лень­кая Ве­ра» вы­гля­дят как пре­ду­пре­жде­ние и до­ку­мент: то, что в кон­це 80-х ка­за­лось ал­ле­го­ри­ей, в 90-х ста­ло по­все­днев­но­стью, а в 2000-х — куль­тур­ной па­мя­тью.

80-е: «По­ка­я­ни­е» Ко­гда в 1984 году гру­зин­ский ре­жис­сёр Тен­гиз Абу­лад­зе за­кон­чил съём­ки филь­ма «По­ка­я­ни­е», он ещё не осо­зна­вал, что со­зда­ёт про­из­ве­де­ние, ко­то­рое ста­нет сим­во­лом эпо­хи пе­ре­мен. Фор­маль­но дей­ствие про­ис­хо­дит в вы­мыш­лен­ном го­род­ке, а глав­ный ге­рой — дик­та­тор Вар­лам Ара­вид­зе — уже при смер­ти. Но вни­ма­тель­ный зри­тель за­ме­ча­ет: чер­ты Ара­вид­зе на­по­ми­на­ют Иоси­фа Джу­га­шви­ли и Лав­рен­тия Бе­рию, а со­бы­тия в филь­ме — от­пе­ча­ток ре­аль­ной ис­то­рии ста­лин­ской эпо­хи.

По сю­же­ту: Ара­вид­зе уми­ра­ет, его тело хо­ро­нят, но на сле­ду­ю­щий день оно ока­зы­ва­ет­ся вы­ко­пан­ным. Внук дик­та­то­ра, Тор­ни­ке, стал­ки­ва­ет­ся с прав­дой о пре­ступ­ле­ни­ях сво­е­го деда и пе­ре­жи­ва­ет шок, ко­гда узна­ёт о мас­шта­бах на­си­лия и пре­да­тель­ства, тво­рив­ших­ся под по­кро­вом вла­сти. Сим­во­ли­че­ское «вос­кре­ше­ни­е» тру­па дик­та­то­ра ста­но­вит­ся мощ­ным ху­до­же­ствен­ным об­ра­зом, по­ка­зы­ва­ю­щим, что про­шлое не ис­че­за­ет само по себе и все­гда воз­вра­ща­ет­ся, тре­буя от­ве­та.

Съём­ки филь­ма за­вер­ши­лись в 1984 году, но про­кат стал воз­мо­жен лишь в раз­гар пе­ре­строй­ки — в кон­це 1986 — на­ча­ле 1987 года. Это свя­за­но с тем, что в СССР кар­ти­на вос­при­ни­ма­лась как слиш­ком от­кро­вен­ная и по­ли­ти­че­ски опас­ная. Сце­на­рист­ка Нана Джа­не­лид­зе, бу­дучи сту­дент­кой кино, со­би­ра­ла вос­по­ми­на­ния оче­вид­цев ста­лин­ских ре­прес­сий, фик­си­руя де­та­ли, ко­то­рые за­тем лег­ли в ос­но­ву филь­ма.

Фильм на­ме­рен­но из­бе­га­ет пря­мых ис­то­ри­че­ских ука­за­ний — ни сло­ва о 1937 году или о Ста­лине. Вме­сто это­го со­зда­ёт­ся прит­ча о вла­сти без гра­ниц и нрав­ствен­ном вы­бо­ре: зло мо­жет быть скры­то, но оно неиз­беж­но воз­вра­ща­ет­ся. Как пи­сал со­вре­мен­ный кри­тик: «Ка­кая там тема по­ка­я­ния в глу­хие ан­дро­пов­ские вре­ме­на…»

Об­раз вос­кре­шён­но­го дик­та­то­ра ста­но­вит­ся сим­во­лом того, что про­шлое невоз­мож­но по­хо­ро­нить — оно все­гда вли­я­ет на на­сто­я­щее. «По­ка­я­ни­е» пре­вра­ща­ет­ся в ал­ле­го­рию о цик­лич­но­сти зла, необ­хо­ди­мо­сти нрав­ствен­но­го осмыс­ле­ния и внут­рен­ней транс­фор­ма­ции об­ще­ства. Фильм слов­но пре­ду­пре­жда­ет: пока не про­изой­дёт ко­рен­ной пе­ре­оцен­ки цен­но­стей, раны ис­то­рии бу­дут вновь и вновь воз­вра­щать­ся.

В 90-е фильм по­лу­ча­ет вто­рое ды­ха­ние: со­бы­тия пе­ре­строй­ки и по­сле­ду­ю­ще­го рас­па­да СССР под­твер­жда­ют, что ме­та­фо­ра о неиз­беж­но­сти от­ве­та за про­шлое ста­но­вит­ся ре­аль­но­стью. «Ас­са» (1987) — рок, мо­ло­дёжь и окно в пе­ре­ме­ны Если «По­ка­я­ни­е» смот­ре­ло на­зад — на тень про­шло­го и ре­прес­сий, то фильм Сер­гея Со­ло­вьё­ва «Ас­са» — сме­ло смот­рит впе­рёд, на но­вую эпо­ху, на по­ко­ле­ние, ко­то­рое ищет сво­бо­ду и са­мо­опре­де­ле­ние. Кар­ти­на сни­ма­лась зи­мой 1986–1987 го­дов в Ялте, но сра­зу же вы­шла за пре­де­лы фор­маль­ной ки­не­ма­то­гра­фии: она ста­ла куль­тур­ным со­бы­ти­ем, сим­во­лом пе­ре­строй­ки и про­ры­ва мо­ло­дёж­ной суб­куль­ту­ры.

Глав­ный фо­кус — столк­но­ве­ние ста­рых и но­вых цен­но­стей, кор­руп­ции и чест­ной мо­ло­дё­жи, по­ис­ка лич­ной сво­бо­ды. Му­зы­каль­ная со­став­ля­ю­щая филь­ма ста­ла от­дель­ным куль­тур­ным яв­ле­ни­ем: Бо­рис Гре­бен­щи­ков (при­знан ино­аген­том), Вик­тор Цой впер­вые на ши­ро­ком экране со­еди­ня­ют рок-му­зы­ку и кино, со­зда­вая эс­те­ти­че­ский код по­ко­ле­ния. Пре­мье­ра филь­ма, март 1988 года, со­про­вож­да­лась арт-рок-па­ра­да­ми и кон­цер­том в ДК МЭЛЗ, ко­то­рый со­брал око­ло 40 000 зри­те­лей.

«Ас­са» ис­поль­зу­ет ви­зу­аль­ный язык, ко­то­рый сам по себе ста­но­вит­ся ме­та­фо­рой: Цве­то­вые кон­тра­сты и осве­ще­ние — хо­лод­ные тона для ста­ро­го мира и яр­кие, на­сы­щен­ные сце­ны для ан­де­гра­унд-му­зы­кан­тов. Сим­во­ли­ка му­зы­ки — сце­ны кон­цер­тов, ги­та­ры и рит­мы Цоя от­ра­жа­ют бунт про­тив уста­нов­лен­но­го по­ряд­ка и по­иск иден­тич­но­сти. Глав­ная ге­ро­и­ня Али­ка вы­би­ра­ет не бо­гат­ство или ком­форт, а мо­ло­до­го ан­де­гра­унд­но­го му­зы­кан­та Ба­на­на­на, сим­во­ли­зи­руя сво­бо­ду вы­бо­ра, ко­то­рый нель­зя ку­пить, толь­ко пе­ре­жить.

Фильм «Ас­са» — это окно в бу­ду­щее: он по­ка­зы­ва­ет, что из­ме­не­ния воз­мож­ны, что по­ко­ле­ние го­то­во пе­ре­сту­пить че­рез ста­рые огра­ни­че­ния и на­чать стро­ить но­вую жизнь. В нём му­зы­ка, мода, лю­бовь и лич­ная сво­бо­да пе­ре­пле­те­ны так, что каж­дая сце­на несёт скры­тое по­сла­ние о пе­ре­ме­нах. «Ас­са» — это фильм о том, что сво­бо­да при­хо­дит в рит­ме ги­тар и го­ло­сов, а не в офи­ци­аль­ных по­ста­нов­ле­ни­ях.»

В 90-е рок-сце­на и ан­де­гра­унд­ные дви­же­ния ста­но­вят­ся не про­сто суб­куль­ту­рой, а ча­стью ре­аль­ной жиз­ни мо­ло­дё­жи: сво­бо­да, бунт, ин­ди­ви­ду­аль­ность и вы­бор ста­но­вят­ся по­все­днев­но­стью. «Ас­са» пре­вра­ща­ет­ся в сим­вол того, как ис­кус­ство пред­вос­хи­ща­ет ре­аль­ность: ме­та­фо­ры филь­ма о сво­бо­де, о раз­ры­ве с про­шлым и лич­ной от­вет­ствен­но­сти во­пло­ща­ют­ся в жиз­ни лю­дей сле­ду­ю­ще­го де­ся­ти­ле­тия. «Ма­лень­кая Ве­ра» (1988) — сим­вол внут­рен­ней сво­бо­ды и со­ци­аль­ных про­ти­во­ре­чий Фильм Ва­си­лия Пи­чу­ла стал на­сто­я­щим куль­тур­ным про­ры­вом кон­ца 80-х.

Впер­вые на со­вет­ском экране по­ка­за­на по­все­днев­ная жизнь мо­ло­дё­жи во всей её слож­ной мно­го­слой­но­сти: тре­во­ги, кон­флик­ты по­ко­ле­ний, пер­вая лю­бовь и стрем­ле­ние к лич­ной сво­бо­де. Глав­ная ге­ро­и­ня, Вера, пы­та­ет­ся най­ти своё ме­сто в мире, где ста­рые устои ещё дей­ству­ют, а но­вые пра­ви­ла толь­ко фор­ми­ру­ют­ся. Пре­мье­ра: 1988 год.

Фильм сра­зу вы­звал ши­ро­кий об­ще­ствен­ный ре­зо­нанс, по­ка­зы­вая «не­удоб­ны­е» сто­ро­ны со­вет­ской жиз­ни, ко­то­рые ред­ко по­па­да­ли на экран. Сце­на­рий ос­но­ван на ре­аль­ных ис­то­ри­ях мо­ло­дё­жи и на­блю­де­ни­ях за со­ци­у­мом кон­ца 80-х, ко­гда эко­но­ми­че­ская и со­ци­аль­ная на­пря­жён­ность уже ощу­ща­лась, но вы­ра­жа­лась че­рез бы­то­вые и лич­ные кон­флик­ты. Вера ста­но­вит­ся не про­сто ге­ро­и­ней, а сим­во­лом по­ко­ле­ния, ко­то­рое стре­мит­ся со­хра­нить ин­ди­ви­ду­аль­ность, стал­ки­ва­ясь с дав­ле­ни­ем се­мьи, со­ци­аль­ных норм и огра­ни­че­ний го­су­дар­ства.

Фильм со­че­та­ет дра­ма­ти­че­ский и со­ци­аль­ный ре­а­лизм: Бы­то­вые сце­ны по­ка­зы­ва­ют тес­но­ту и огра­ни­чен­ность сре­ды, в ко­то­рой рас­тёт мо­ло­дёжь, сим­во­ли­зи­руя дав­ле­ние ста­рых по­ряд­ков. Эпи­зо­ды люб­ви и друж­бы со­зда­ют кон­траст с бы­то­вой тя­же­стью, под­чер­ки­вая стрем­ле­ние к внут­рен­ней сво­бо­де. Ви­зу­аль­ные де­та­ли — окна, ули­цы, пу­стые квар­ти­ры — уси­ли­ва­ют ощу­ще­ние изо­ля­ции и по­ис­ка соб­ствен­но­го про­стран­ства, ко­то­рое Вера пы­та­ет­ся со­здать для себя.

Сю­жет стро­ит­ся во­круг взрос­ле­ния, люб­ви, со­ци­аль­ных кон­флик­тов и сво­бо­ды вы­бо­ра. Каж­дый шаг Веры — это ма­лень­кая ре­во­лю­ция про­тив си­сте­мы, ко­то­рая огра­ни­чи­ва­ет воз­мож­но­сти и дик­ту­ет пра­ви­ла по­ве­де­ния. «Ма­лень­кая Ве­ра» от­ра­жа­ет внут­рен­нее со­сто­я­ние по­ко­ле­ния на по­ро­ге пе­ре­мен. Мо­ло­дёжь ищет спо­соб быть со­бой, даже если это про­ти­во­ре­чит усто­ям.

Фильм по­ка­зы­ва­ет, что сво­бо­да — это не толь­ко по­ли­ти­че­ская ка­те­го­рия, но и внут­рен­няя по­треб­ность лич­но­сти, ко­то­рая про­яв­ля­ет­ся в по­все­днев­ных ре­ше­ни­ях и от­но­ше­ни­ях. В 90-е эта «ме­та­фо­ра сво­бо­ды» ста­но­вит­ся ре­аль­но­стью: эко­но­ми­че­ский хаос, со­ци­аль­ная неста­биль­ность, рас­пад при­выч­ных ин­сти­ту­тов и необ­хо­ди­мость лич­ной неза­ви­си­мо­сти — всё это пре­вра­ща­ет­ся из ки­не­ма­то­гра­фи­че­ско­го об­ра­за в жиз­нен­ный сце­на­рий. Мо­ло­дые люди стал­ки­ва­ют­ся с теми же про­бле­ма­ми, что и ге­рои филь­ма: вы­бор меж­ду ком­фор­том и иде­а­ла­ми, по­иск соб­ствен­но­го пути и столк­но­ве­ние с усто­яв­шей­ся мо­ра­лью.

С рас­па­дом СССР и вступ­ле­ни­ем в эпо­ху ры­ноч­ных от­но­ше­ний, кри­ми­на­ли­за­ции, нор­ма ста­но­ви­лась аб­сурд­ной. Ге­рои «Ас­сы» и «Ма­лень­кой Ве­ры» на­шли от­ра­же­ние в жиз­ни: сво­бо­да, вы­бор, от­вет­ствен­ность ста­ли те­мой ре­аль­но­сти. «По­ка­я­ни­е» пре­вра­ти­лось в ре­тро­спек­ти­ву, на­по­ми­на­ние о про­шлом, ко­то­рое нель­зя за­бы­вать.

2000-е — осмыс­ле­ние и но­сталь­гия Бур­ные 90-е ста­но­вят­ся ис­то­ри­ей. Филь­мы кон­ца 80-х при­об­ре­та­ют ста­тус куль­тур­но­го кода: «По­ка­я­ни­е» — ме­сто па­мя­ти; «Ас­са» — культ рок-куль­ту­ры и сво­бо­ды; «Ма­лень­кая Ве­ра» — сим­вол по­ко­лен­че­ской иден­тич­но­сти и лич­но­го вы­бо­ра. Пе­ре­смат­ри­вая их се­год­ня, мы ви­дим не толь­ко филь­мы, а це­лую эпо­ху, об­раз ко­то­рой стал ча­стью куль­тур­но­го кода.

Ме­та­фо­ры 80-х — не про­сто ху­до­же­ствен­ный при­ём. Они ста­ли пре­лю­ди­ей к со­ци­аль­ным, куль­тур­ным и пси­хо­ло­ги­че­ским из­ме­не­ни­ям 90-х и 2000-х. Се­год­ня «По­ка­я­ни­е», «Ас­са» и «Ма­лень­кая Ве­ра» по­мо­га­ют по­нять, как ис­кус­ство пред­ви­дит бу­ду­щее и как сим­во­лы ста­но­вят­ся ре­аль­но­стью.