Квинтет мастеров. Обзор работ финалистов премии «Слово» в номинации «Мастер. Проза»

Ма­сте­ра в но­ми­на­ции «Ма­стер. Про­за» очень раз­ные (как и в «По­э­зи­и»). Раз­ные у них и кни­ги. Но мне ка­жет­ся, что все эти го­ло­са, со­бран­ные вме­сте, го­во­рят мно­го важ­но­го и нуж­но­го о том вре­ме­ни и о той стране, в ко­то­рой мы жи­вём. Эмо­ци­о­наль­но о глав­ном Ири­на Бу­то­ри­на, «В Одес­су на май­ские. Неку­рорт­ный ро­ман».

АСТ, 2025 г. Ири­на Бу­то­ри­на — че­ло­век раз­но­сто­рон­ний. Док­тор тех­ни­че­ских наук, про­фес­сор од­но­го из пи­тер­ских ву­зов (сфе­ра на­уч­ных ин­те­ре­сов — ме­тал­лур­гия). Ав­тор до­воль­но боль­шо­го ко­ли­че­ства про­за­и­че­ских ве­щей. По­пав­шая в фи­нал рас­ска­зы­ва­ет об одес­ской тра­ге­дии, ги­бе­ли мир­ных граж­дан от рук но­во­яв­лен­ных на­ци­стов 2 мая 2014 года (есть и про­дол­же­ние кни­ги, уже о Дон­бас­се; сама Бу­то­ри­на мно­го лет про­жи­ла в Ма­ри­у­по­ле).

Это не пуб­ли­ци­сти­че­ская вещь по жан­ру (хотя её мож­но на­звать пуб­ли­ци­сти­кой по об­ще­му эф­фек­ту). Пе­ред нами дей­стви­тель­но ро­ман, с вы­мыш­лен­ны­ми ге­ро­я­ми, ко­то­рые про­хо­дят боль­шой идей­но-пси­хо­ло­ги­че­ский путь, ме­няя свои убеж­де­ния, ме­ня­ясь внут­ренне сами. Преж­де все­го от уви­ден­ной близ­ко, в упор, тра­ге­дии.

Опи­са­ны со­бы­тия эмо­ци­о­наль­но, во­об­ще Бу­то­ри­на ра­бо­та­ет имен­но с эмо­ци­я­ми — и, судя по от­зы­вам, осо­бен­ный эф­фект про­из­во­дит имен­но на чи­та­тель­ниц. «О­кон­ное стек­ло со зво­ном раз­ле­те­лось, и на пол упал боль­шой ку­сок ас­фаль­та, а вслед за ним в про­бо­и­ну вле­те­ла бу­тыл­ка, со зво­ном раз­бив­ша­я­ся и за­лив­шая ком­на­ту ог­нен­ны­ми стру­я­ми. Они быст­ро ста­ли рас­те­кать­ся по полу, съе­дая на сво­ём пути всё, что мог­ло го­реть.

На­хо­див­ши­е­ся в ком­на­те люди в ужа­се при­жа­лись к сте­нам, не имея воз­мож­но­сти ото­рвать взгляд от ог­нен­ных ру­чьёв»... Люди на войне Ев­ге­ний Жу­рав­ли, «Ли­ния со­при­кос­но­ве­ни­я». Яуза, 2025 г. Ев­ге­ний — срав­ни­тель­но но­вое имя в на­шей ли­те­ра­ту­ре. Он жи­вёт в Ка­ли­нин­гра­де, по­след­ние несколь­ко лет яв­ля­ет­ся ак­тив­ным во­лон­тё­ром, по­мо­га­ет на­шим на СВО.

Соб­ствен­но, и кни­га (сбор­ник рас­ска­зов — кто-то на­зо­вёт их и очер­ка­ми) об этом. Пёст­рая кар­ти­на про­ис­хо­дя­ще­го на той са­мой ли­нии со­при­кос­но­ве­нии. Мно­же­ство порт­ре­тов, лич­ных ис­то­рий. В об­щем, «На­род на вой­не» (как на­зы­ва­лась кни­га, по­свя­щён­ная Пер­вой ми­ро­вой). Ко­неч­но, сим­па­тии ав­то­ра вполне оче­вид­ны, и чи­та­тель их раз­де­ля­ет.

Но кни­га по­ка­зы­ва­ет, в об­щем, ожи­да­е­мую вещь: сре­ди тех, кто при­ча­стен к со­бы­ти­ям, ко­то­рые поз­же на­вер­ня­ка на­зо­вут ис­то­ри­че­ски­ми, есть раз­ные люди. Му­же­ствен­ные, доб­рые, на­дёж­ные — и не очень… Жу­рав­ли не при­укра­ши­ва­ет про­ис­хо­дя­щее, но и в то­таль­ное разо­ча­ро­ва­ние не ска­ты­ва­ет­ся. Он во­лон­тё­рит не для того, что­бы на­пи­сать кни­гу, она рож­да­ет­ся у него как буд­то сама, и это спо­соб­но вну­шить ува­же­ние чи­та­те­лю.

Эту про­зу мож­но на­звать од­но­вре­мен­но и безыс­кус­ной, и хо­ро­шо про­ду­ман­ной (в том смыс­ле, что ав­тор не даёт сво­им ге­ро­ям свое­воль­ни­чать, они у него хо­дят по на­зна­чен­но­му марш­ру­ту). И ещё: Жу­рав­ли не бо­ит­ся па­фо­са, ко­то­рый, ко­неч­но, ино­го чи­та­те­ля мо­жет и сму­тить. Дру­гих же, по от­зы­вам, ров­но на­обор­от: по­доб­ная ав­тор­ская ма­не­ра под­ку­па­ет.

Пе­тер­бург­ские тай­ны Па­вел Кру­са­нов, «Со­ви­ная тро­па». АСТ, 2025 г. Ро­ман опыт­но­го ма­сте­ра Пав­ла Кру­са­но­ва вы­шел в из­да­тель­ской се­рии «Пе­тер­бург и его оби­та­те­ли». И это точ­но го­во­рит о кни­ге. Кру­са­нов мно­го лет пи­шет о лю­би­мом го­ро­де, при­чём это мень­ше все­го кра­е­ве­де­ние — ско­рее, на­обор­от: над ре­аль­ной Се­вер­ной сто­ли­цей, в дру­гом как буд­то из­ме­ре­нии боль­шин­ство кру­са­нов­ских книг воз­дви­га­ет го­род-фан­том, ми­сти­че­ский и непо­зна­ва­е­мый.

Ко­то­рый ока­зы­ва­ет­ся ре­аль­нее «на­сто­я­ще­го» Пи­те­ра. Так и здесь. Шут­ли­вое тай­ное об­ще­ство, ос­но­ван­ное сту­ден­та­ми в 90-е, ока­зы­ва­ет­ся не та­ким уж шут­ли­вым... Жиз­нен­ные дра­мы и тра­ге­дии мик­ро­мас­шта­ба, для­ща­я­ся го­да­ми месть од­но­го из ге­ро­ев (точ­нее, ге­ро­и­ни) на­кла­ды­ва­ют­ся на со­бы­тия ис­то­ри­че­ские. Мы ви­дим ис­то­рию стра­ны по­след­них 30 лет (в су­гу­бо пи­тер­ском ра­кур­се, ве­ду­щем нас не пря­мой до­ро­гой, а вот имен­но что за­пу­тан­ной со­ви­ной тро­пой).

Кры­ши, под­во­рот­ни, ка­на­лы, кафе, ме­ста оби­та­ния ле­ген­дар­ной пи­тер­ской бо­ге­мы… Мы по­гру­жа­ем­ся в этот по­лу­ре­аль­ный-по­лу­вы­мыш­лен­ный мир, и ещё на пару ша­гов при­бли­жа­ем­ся к раз­гад­ке пе­тер­бург­ских тайн (ко­то­рые, ко­неч­но, раз­га­дать нель­зя в прин­ци­пе — на чём и стро­ит­ся кру­са­нов­ская про­за). Кста­ти, об СВО го­во­рит­ся и здесь, бо­лее того, мы име­ем дело с сю­же­то­об­ра­зу­ю­щим при­ё­мом: ге­рой-рас­сказ­чик ухо­дит доб­ро­воль­цем, по­лу­ча­ет ра­не­ние, раз­мыш­ля­ет о сво­ей жиз­ни и рас­ска­зы­ва­ет о ней нам.

Дет­ский взгляд За­хар При­ле­пин, «Ту­ма». АСТ, 2025 г. Ду­маю, все зна­ют, о чём но­вый, весь­ма вну­ши­тель­ный по объ­ё­му ро­ман За­ха­ра При­ле­пи­на. О дет­стве на­род­но­го (мож­но ска­зать, и ми­фо­ло­ги­че­ско­го) ге­роя Сте­па­на Ра­зи­на (кста­ти, «ту­ма» — это зна­чит по­лу­кров­ка, мать у Сте­па­на была до­бы­та его от­цом как плен­ни­ца в од­ном из по­хо­дов; пси­хо­ло­ги­че­ские плю­сы и ми­ну­сы это­го по­ло­же­ния со­став­ля­ют один из мо­ти­вов кни­ги).

Но в кни­ге мы ви­дим и тя­же­лей­шие ис­пы­та­ния, вы­пав­шие на долю Ра­зи­на, уже по­ки­нув­ше­го вре­мя дет­ства и от­ро­че­ства. На­при­мер, тя­жё­лое ра­не­ние, по­сле­ду­ю­щий плен в ту­рец­ком Азо­ве. Опи­са­ние му­че­ний ге­роя и зверств его тю­рем­щи­ков — на­ту­раль­но, и у чув­стви­тель­ной пуб­ли­ки за­став­ля­ет мо­роз бе­жать по коже. Во­об­ще, яр­кость, об­раз­ность, эмо­ци­о­наль­ность, несо­мнен­но, от­но­сят­ся к силь­ным сто­ро­нам кни­ги При­ле­пи­на.

Сюда же от­не­сём и опи­са­ние при­ро­ды, быта, обы­ча­ев ка­за­ков. Све­жий, дет­ский взгляд на про­ис­хо­дя­щее весь­ма укра­ша­ет «Ту­му». Вот, на­при­мер, опи­са­ние еды: «Куль тво­ро­га, от кис­ло пах­нув­ше­го духа ко­то­ро­го вы­сту­пи­ла ра­дост­ная слёз­ка. Мяг­кий, как ба­бий жи­вот, пи­рог с ка­пу­стой, и с ры­бой ещё пи­рог. Вя­ле­ная те­ля­ти­на — на язык так и плес­ну­ло тёп­лой слю­ною.

Серб­ские ду­х­мя­ные ле­пёш­ки. Се­рая ка­ме­ни­стая соль. И пу­за­тая ка­пуст­ка на са­мом дне, от ко­то­рой по­ве­я­ло мо­роз­це­м». Ис­то­ки Ана­то­лий Са­луц­кий, «От вой­ны до вой­ны». Вече, 2025 г. Са­луц­кий за­явил о себе ещё в со­вет­ские вре­ме­на, и его ро­ман имен­но та­ков, ка­ких се­го­дняш­ней эпо­хе не хва­та­ет. Об­шир­ный, за­тра­ги­ва­ю­щий мас­штаб­ней­шие во­про­сы вре­ме­ни.

Охва­ты­ва­ю­щий несколь­ко де­ся­ти­ле­тий (на­чи­ная с ран­них 1980-х). С де­сят­ка­ми, если не сот­ня­ми дей­ству­ю­щих лиц, сре­ди ко­то­рых и вы­мыш­лен­ные ге­рои, и ис­то­ри­че­ские де­я­те­ли. Но и у вы­мыш­лен­ных есть свои про­то­ти­пы. На­при­мер, один из глав­ных ге­ро­ев — быв­ший фрон­то­вик, мно­го лет от­ра­бо­тав­ший в кад­ро­вом от­де­ле ЦК КПСС, а в 90-е став­ший ра­бот­ни­ком од­ной из са­мых зна­ме­ни­тых ана­ли­ти­че­ских служб.

Сами по­ни­ма­е­те, ка­ков уро­вень его ком­пе­тен­ций, о чём он, и ав­тор че­рез него, мо­жет рас­ска­зать нам. И рас­ска­зы­ва­ет по­рой вещи, тя­ну­щие на ис­то­ри­че­ские сен­са­ции. В ро­мане (ко­то­рый мож­но на­звать «про­ли­ти­че­ски­м»; за­бы­тый сей­час жанр, а жаль) мно­го смыс­лов. Его весь мож­но на­звать ро­ма­ном-смыс­лом. Есть у Мар­ка Ал­да­но­ва ро­ман «И­сто­ки» — о том, с чего на­чи­на­лась эпо­ха Ок­тябрь­ской ре­во­лю­ции, о вто­рой по­ло­вине де­вят­на­дца­то­го века.

Вот и у Са­луц­ко­го глав­ный во­прос ста­вит­ся об ис­то­ках тех ис­то­ри­че­ских тра­ге­дий, ко­то­рые при­шлось пе­ре­жить на­шей стране и всем нам. Ав­тор нам эти ис­то­ки на­зы­ва­ет вполне опре­де­лён­но и убе­ди­тель­но. И они, если пре­дель­но ко­рот­ко, во внеш­нем воз­дей­ствии, на­прав­лен­ном на раз­ру­ше­ние стра­ны.