Олег Янковский: как он сам относился к своим «кинопринцам» и почему мечтал о других ролях

Олег Ян­ков­ский — слу­чай­ный «по­па­да­не­ц» в кино, сни­мав­ший­ся так ча­сто, что пе­ри­од 1970-1980-х по­лу­чил на­зва­ние «вре­мя Ян­ков­ско­го». Про­сла­вив­шись по­сле пер­вых же кар­тин, он стал по­лу­чать роли власт­ных лю­дей и вы­со­ко­род­ных особ. А кого хо­тел иг­рать Ян­ков­ский на са­мом деле и ка­ки­ми были са­мые яр­кие вехи его твор­че­ско­го пути?

Ари­сто­кра­ти­че­ской внеш­но­стью Олег был обя­зан про­ис­хож­де­нию. Его ро­ди­те­ли при­над­ле­жа­ли к дво­рян­ским ро­дам. Отец вхо­дил в Се­мё­нов­ский полк во вре­мя Пер­вой Ми­ро­вой вой­ны. А в 1930-х го­дах он ока­зал­ся неуго­ден вла­стям и был вы­слан в Ка­зах­стан. Там ему при­шлось стать про­стым за­вод­ским ра­бо­чим. Ян­ков­ский пи­сал: «Я прак­ти­че­ски не пом­ню сво­е­го отца: он был ре­прес­си­ро­ван, дол­го на­хо­дил­ся в за­клю­че­нии.

Мы встре­ти­лись толь­ко неза­дол­го до его смер­ти». По­сле аре­ста Ива­на Ян­ков­ско­го его жена, Ма­ри­на Нена­стье­ва, ока­за­лась ма­те­рью-оди­ноч­кой. Бух­гал­тер по об­ра­зо­ва­нию и ба­ле­ри­на в душе, она ста­ра­лась обес­пе­чить тро­их де­тей — Оле­га, Ро­сти­сла­ва и Ни­ко­лая — всем необ­хо­ди­мым, но не мог­ла. Как вспо­ми­нал ве­ли­кий ар­тист: «Конь­ки, ве­ло­си­пед или — чуть поз­же — за­га­доч­ный мир, мер­цав­ший за со­сед­ски­ми стек­ла­ми пу­за­той лин­зой пер­во­го те­ле­ви­зо­ра, — все это су­ще­ство­ва­ло не для нас.

Но мы даже не ис­пы­ты­ва­ли за­ви­сти, по­то­му что хо­теть этих рос­кош­ных ве­щей было нель­зя, не при­ня­то, не по­ла­га­лось». В че­тыр­на­дца­ти­лет­нем воз­расте вслед за стар­шим бра­том Олег пе­ре­ехал в Минск. Тот окон­чил сту­дию и ра­бо­тал в Го­су­дар­ствен­ном рус­ском дра­ма­ти­че­ском те­ат­ре Бе­ло­рус­ской ССР им. М. Горь­ко­го.

Имен­но на ра­бо­те у Ро­сти­сла­ва млад­ший Ян­ков­ский впер­вые про­ве­рил свои твор­че­ские спо­соб­но­сти. Он вы­шел на за­ме­ну — отыг­рал роль Эди­ка в «Ба­ра­бан­щи­це». Как поз­же в по­ми­нал ак­тёр: «С того ве­че­ра все и на­ча­лось… За­пах де­ко­ра­ций, ку­лис, те­ат­раль­ная ат­мо­сфе­ра бук­валь­но за­во­ра­жи­ва­ли меня. И вы­бор был сде­лан — толь­ко те­атр!»

Олег по­се­щал спек­так­ли и драм­кру­жок в шко­ле. Ещё в его жиз­ни был ак­тив­ный спорт, но фут­бол на­чал вы­тес­нять дру­гие увле­че­ния, за­тем учё­бу и те­атр. По­это­му стар­ший брат за­пре­тил участ­во­вать в мат­чах, и млад­ший под­чи­нил­ся. В 1961 году Олег уехал в Са­ра­тов к ма­те­ри, что­бы окон­чить шко­лу и по­лу­чить де­неж­ную про­фес­сию.

Вме­сто мед­ин­сти­ту­та бу­ду­щий ар­тист по­пал в Са­ра­тов­ское те­ат­раль­ное учи­ли­ще. Лю­бо­пыт­ство при­ве­ло его на пер­вый курс: Ян­ков­ский спро­сил об усло­ви­ях при­ё­ма, а ди­рек­тор за­чис­лил его ав­то­ма­том. Ду­мая, что это несе­рьёз­но, Олег не хо­дил на учё­бу. К кон­цу пер­во­го се­мест­ра ему от­кры­лась се­мей­ная тай­на: брат Ни­ко­лай вы­дер­жал всту­пи­тель­ные эк­за­ме­ны и «на­грел» ме­стеч­ко для млад­ше­го.

Учё­ба и кино Олег учил­ся из рук вон пло­хо. Ему как-то даже на­пи­са­ли нелест­ную со­про­во­ди­тель­ную бу­ма­гу: «Го­во­рил пло­хо, ап­па­ра­том об­ла­дал тя­же­лым, рот от­кры­вал непра­виль­но». Ка­ким-то чу­дом сыг­рав в ди­плом­ном спек­так­ле на от­лич­но, учи­ли­ще Ян­ков­ский всё же окон­чил. И ему дали ме­сто в Са­ра­тов­ском дра­ма­ти­че­ском те­ат­ре.

Эпи­зо­ди­че­ские роли и тол­кот­ня в мас­сов­ке — боль­ше Оле­гу было нече­го ждать. Вы­ехав в 1967 году во Львов вме­сте с кол­ле­га­ми на те­ат­раль­ные га­стро­ли, Ян­ков­ский слу­чай­но встре­тил Ба­со­ва в кафе. По­след­не­му при­гля­ну­лась внеш­ность Оле­га: арий­ские чер­ты на­чи­на­ю­ще­го ак­тё­ра были на руку ре­жис­сё­ру — тре­бо­вал­ся Ген­рих Шварц­копф в «Щит и меч».

С по­да­чи жены Ба­сов при­гла­сил Ян­ков­ско­го к себе. Ста­ни­слав Люб­шин, утвер­ждён­ный на роль Бе­ло­ва, го­во­рил по­сле: «О­лег так стал пе­ре­жи­вать… Всё тра­ги­че­ское со­сто­я­ние было вы­ра­же­но на его бла­го­род­ном лице… Я то­гда Ба­со­ву го­во­рю: "Вла­ди­мир Пав­ло­вич, ну по­смот­ри­те, как этот па­рень стра­да­ет, как точ­но вы вы­бра­ли ар­ти­ста".

И Ба­сов со­гла­сил­ся: "Да, с каж­дой се­кун­дой хо­ро­ше­ет, мы его утвер­жда­ем"». Че­ты­ре се­рии «Щи­та и ме­ча» вы­шли в 1968 году. Пер­вая — под на­зва­ни­ем «Без пра­ва быть со­бой» — взо­рва­ла про­кат, на­брав по­чти 70 мил­ли­о­нов про­смот­ров. По­да­ю­щий на­деж­ды ак­тёр по­лу­чил роль Но­со­ва в кар­тине «Слу­жи­ли два то­ва­ри­ща» и сыг­рал в ней с Бы­ко­вым и…

соб­ствен­ным бра­том Ни­ко­ла­ем. Как вспо­ми­нал жур­на­лист Сер­гей Ни­ко­ла­е­вич, кро­ме на­род­но­го при­зна­ния, «… было еще одно сви­де­тель­ство его мо­ло­дой сла­вы, ко­то­рое он бе­реж­но хра­нил в сво­ем ар­хи­ве. Это ко­ро­тень­кое пись­мо от Свя­то­сла­ва Тео­фи­ло­ви­ча Рих­те­ра и Нины Львов­ны Дор­ли­ак, на­пи­сан­ное от руки с по­здрав­ле­ни­я­ми и доб­ры­ми на­пут­стви­я­ми…

Мы дол­го раз­гля­ды­ва­ли ле­тя­щий по­черк Рих­те­ра и изящ­ный ро­счерк Дор­ли­ак. Нет, они не были зна­ко­мы с Ян­ков­ским, про­сто уви­де­ли од­наж­ды филь­мы с его уча­сти­ем и об­ра­до­ва­лись ему, на­пи­сав несколь­ко ми­лых стро­к». «Пе­ри­од Ян­ков­ско­го» В «Звез­де пле­ни­тель­но­го сча­стья» Ян­ков­ский бле­стя­ще во­пло­тил об­раз Ры­ле­е­ва, в лен­те «Я, Фран­циск Ско­ри­на» ему до­ста­лась глав­ная роль, в филь­ме «Пре­ми­я» — пе­ре­во­пло­тил­ся в сек­ре­та­ря парт­ко­ма Льва Со­ло­ма­хи­на.

В 1974 году Олег на­чал ра­бо­тать с Тар­ков­ским: стал его экран­ным от­цом в «Зер­ка­ле». Кро­ме того, он ор­га­ни­зо­вал на­сто­я­щий се­мей­ный под­ряд со сво­им пер­вен­цем Фи­лип­пом:«Я взял в фильм сына, хотя нор­маль­ный че­ло­век, зна­ю­щий ки­не­ма­то­граф, в об­щем-то, не име­ет пра­ва это де­лать…» Ки­но­кар­ти­на ста­ла успеш­ной, и Ян­ков­ский при­сту­пил к сле­ду­ю­щей роли — вол­шеб­ник из те­ле­филь­ма Мар­ка За­ха­ро­ва.

Ре­жис­сё­ру «О­бык­но­вен­но­го чу­да» при­шлось до­жи­дать­ся Оле­га из боль­ни­цы, куда он по­пал с серд­цем. Од­на­ко кол­ле­ги сра­бо­та­лись: че­хов­ская «Дра­ма на охо­те» по­лу­чи­ла ки­но­во­пло­ще­ние «Мой лас­ко­вый и неж­ный зверь» и му­зы­каль­ную ос­но­ву от Ев­ге­ния Доги. Сле­ду­ю­щей сов­мест­ной ра­бо­той ста­ла экра­ни­за­ция по­ве­сти Го­ри­на под на­зва­ни­ем «Са­мый прав­ди­вый».

За­ха­ров при­гла­сил Ян­ков­ско­го на роль ба­ро­на Кар­ла в фильм «Тот са­мый Мюнх­гау­зен», од­на­ко ав­тор тек­ста ви­дел на его ме­сте те­ат­раль­но­го ар­ти­ста Зель­ди­на. Худ­со­вет Мос­филь­ма при­ду­мы­вал при­чи­ны от­ка­за: Ян­ков­ский не ко­мик и слиш­ком мо­лод. Как вспо­ми­нал Го­рин: «Он до это­го иг­рал пря­мых, жест­ких, во­ле­вых лю­дей — волж­ские ха­рак­те­ры, вы­да­ю­щие его про­ис­хож­де­ние.

Я не ве­рил в его ба­ро­на. На­ча­лась ра­бо­та, и он вле­зал в ха­рак­тер, на на­ших гла­зах ме­нял­ся. Врас­тал в роль, и явил­ся Мюнх­гау­зен — ум­ный, иро­нич­ный, тон­кий. Ка­кая была бы ошиб­ка, возь­ми мы дру­го­го ак­те­ра». В про­кат кар­ти­на вы­шла 1 ян­ва­ря 1980 года, и Мюнх­гау­зен в ис­пол­не­нии Ян­ков­ско­го стал куль­то­вым.

Год спу­стя были го­то­вы к вы­пус­ку ещё три филь­ма: «Мы, ни­же­под­пи­сав­ши­е­ся», «При­клю­че­ния Шер­ло­ка Холм­са и док­то­ра Ват­со­на», «Дом, ко­то­рый по­стро­ил Свиф­т». Роли были раз­но­пла­но­вы­ми, и кри­ти­ки на­ко­нец при­зна­ли та­лант Ян­ков­ско­го. Ре­жис­сёр Эмиль Ло­тя­ну с теп­лом го­во­рил об ар­ти­сте: «О­лег Ян­ков­ский — один из немно­гих ак­те­ров, для ко­то­рых не су­ще­ству­ет боль­ших и ма­лень­ких ро­лей, и это на деле, а не на сло­вах…

Он при­вел с со­бой на экран ге­роя, ко­то­ро­му ве­ришь. Обре­ме­нен­ный раз­ду­мья­ми и тре­во­гой, он мыс­лит, вол­ну­ет­ся, жи­вет — и след его при­сут­ствия оста­ет­ся на­дол­го в душе зри­те­ля. Мне нра­вит­ся мол­ча­ние Ян­ков­ско­го — я на­звал бы его крас­но­ре­чи­вым…» Сер­гей Ма­ка­ров из «По­лё­тов во сне и на­яву» стал фа­во­ри­том Ян­ков­ско­го: Олег очень по­лю­бил эту роль.

Она пред­на­зна­ча­лась Ни­ки­те Ми­хал­ко­ву — сце­на­рист Вик­тор Ме­реж­ко уже всё под­го­то­вил. Но Ро­ман Ба­ла­ян по­вер­нул стрел­ку: «По­че­му я так ре­шил? Мне ка­жет­ся, что у Оле­га было то, чего нет у мно­гих: он в кад­ре и над ним. Было еще что-то, кро­ме того, что он го­во­рил, в его лице, в его гла­за­х». Став­ка ре­жис­сё­ра сыг­ра­ла: Ян­ков­ский по­лу­чил Го­су­дар­ствен­ную пре­мию СССР.

В 1983 ак­тёр вновь сра­бо­тал­ся с Тар­ков­ским. Тот сни­мал «Но­сталь­ги­ю» о Пав­ле Сос­нов­ском и Ан­дрее Гор­ча­ко­ве — дело было в Ита­лии. Сер­гей Со­ло­вьев рас­ска­зы­вал о прин­ци­пах ра­бо­ты ре­жис­сё­ра: «Тар­ков­ский … по­се­лил его в отель и дал ми­ни­мум де­нег. Олег неде­ли две про­жил в Ита­лии в ка­ком-то вши­вом оте­ле в оди­ноч­ку на ка­кие-то смеш­ные день­ги…

И глав­ное, ему не было ясно, ко­гда это кон­чит­ся, по­то­му что ему ни­кто ни­че­го не мог объ­яс­нить: где Тар­ков­ский, куда он при­е­хал, за­чем? Это Ан­дрей вво­дил Оле­га в со­сто­я­ние тос­ки по ро­дине од­но­му ему из­вест­ны­ми ме­то­да­ми». По­сле того как Тар­ков­ский по­пал в опа­лу, а фильм по­лу­чил за­прет на де­мон­стра­цию в Со­ю­зе, Ян­ков­ский про­дол­жал иг­рать в кино.

В те­ат­ре он тоже был за­нят, но те­ле­зри­тель знал его луч­ше. «Со­вет­ский экран» в 1983 году при­су­дил ему ста­тус ак­тё­ра года за ко­ме­дий­ную лен­ту «Влюб­лен по соб­ствен­но­му же­ла­ни­ю». За­тем уже «род­ной» За­ха­ров при­гла­сил Оле­га в фильм «У­бить дра­ко­на», лен­ту об угне­та­те­ле Дра­коне и осво­бо­ди­те­ле Лан­це­ло­те по пье­се Ев­ге­ния Швар­ца.

Кар­ти­на ста­ла для ре­жис­сё­ра по­след­ней. По­сле пре­мье­ры в 1988 году кри­ти­ки осу­ди­ли За­ха­ро­ва за по­ли­ти­зи­ро­ван­ность лен­ты, но воз­нес­ли Ян­ков­ско­го за роль ти­ра­на. Ки­рилл Раз­ло­гов счи­тал: «Ме­та­мор­фо­зы его Дра­ко­на, при­чуд­ли­вые сме­си ин­то­на­ций, от сар­каз­ма до за­ис­ки­ва­ния, внут­рен­няя са­мо­иро­ния и нека­но­ни­че­ское со­че­та­ние ге­ния, зло­дей­ства и бес­си­лия — всё это пе­ре­да­ет­ся ак­те­ром с блес­ком са­мо­до­вле­ю­ще­го эф­фек­та, свое­об­раз­но­го ис­кус­ства для ис­кус­ства».

Во­пло­ще­ние Позд­ны­ше­ва из «Крей­це­ро­вой со­на­ты» — боль­шая кап­ля в море сла­вы Ян­ков­ско­го. За эту роль ар­тист удо­сто­ил­ся Го­су­дар­ствен­ной пре­мии РСФСР име­ни бра­тьев Ва­си­лье­вых. Ра­бо­та да­лась нелег­ко, и Ян­ков­ский чест­но об этом го­во­рил: «Бо­лее тя­же­лой си­ту­а­ции не пом­ню в сво­ей жиз­ни — про­сто не мог до­ждать­ся, ко­гда все это кон­чит­ся.

Дру­гое дело, что ре­зуль­тат по­лу­чил­ся хо­ро­ший. Безум­но люб­лю эту ра­бо­ту, счи­таю ее луч­шей. По­то­му что в кар­тине «По­ле­ты во сне и на­яву», за ко­то­рую я по­лу­чил столь­ко ком­пли­мен­тов, ра­бо­тать было в ра­дость: это наши дни, это мой ге­рой, и в этом смыс­ле я все про себя знаю. А тут Тол­стой, экс­тре­маль­ная си­ту­а­ция — каж­дый день по три часа вво­дить себя в со­сто­я­ние че­ло­ве­ка, ис­по­ве­ду­ю­ще­го­ся в убий­стве соб­ствен­ной жены, — тя­же­лое де­ло».

В 1991 ак­тёр снял­ся в «Ца­ре­убий­це» Шах­на­за­ро­ва и по­лу­чил «Ни­ку». Ис­то­рия о ги­бе­ли Ни­ко­лая || тро­ну­ла жюри. Че­рез год Ян­ков­ский стал на­род­ным ар­ти­стом СССР — по­след­ним, под чьей фа­ми­ли­ей сто­я­ла утвер­жда­ю­щая под­пись. Позд­нее ар­ти­сту да­дут приз за луч­шую муж­скую роль на «Ки­но­тавре»: так ярко он сыг­ра­ет в филь­ме То­до­ров­ско­го «Лю­бов­ни­к».

А ещё Ян­ков­ский об­за­ве­дёт­ся «Т­ЭФИ» и «Зо­ло­тым ор­ло­м» бла­го­да­ря се­ри­а­лу «Д­ок­тор Жи­ва­го»… Сер­гей Ни­ко­ла­е­вич пи­сал об Оле­ге Ива­но­ви­че: «Ян­ков­ский был про­фес­си­о­нал. Се­рьез­ный, ос­но­ва­тель­ный, от­вет­ствен­ный. Без бо­гем­ной при­ду­ри и вы­кру­та­сов. Надо вы­учить мно­го­стра­нич­ную роль за одну ночь, зна­чит, спать не ля­жет, а вы­учи­т».

Звёзд­ная бо­лезнь не тро­ну­ла ак­тё­ра — он про­дол­жал иг­рать и в те­ат­ре, и даже в ино­стран­ном кино. Сал­ли Пот­тер при­гла­сил его в ан­глий­ский фильм «Че­ло­век, ко­то­рый пла­кал», где Ян­ков­ский снял­ся с Деп­пом, Рич­чи и Блан­шетт. В Рос­сии тоже было мно­го ра­бо­ты — роли в «Ро­ко­вых яй­ца­х», «Рай­ском яб­лоч­ке», «Ре­ви­зо­ре».

В 2000 году Олег сам сел в ре­жис­сёр­ское крес­ло: экра­ни­зи­ро­вал пье­су На­деж­ды Птуш­ки­ной «По­ка она уми­ра­ла». Фильм по­лу­чил на­зва­ние «При­хо­ди на меня по­смот­реть». В 2000-х Ян­ков­ский успел снять­ся в «Анне Ка­ре­ни­ной» и лен­те «Без вины ви­но­ва­ты­е», а в 2008 году при­нял уча­стие в те­ле­мю­зик­ле То­до­ров­ско­го «Сти­ля­ги».

Фи­наль­ной ро­лью стал мит­ро­по­лит Фи­липп: Олег сыг­рал его у Лун­ги­на в «Ца­ре». Сер­гей Ни­ко­ла­е­вич вспо­ми­нал: «Кро­ме от­кры­точ­ной внеш­но­сти и при­род­но­го оба­я­ния, на ко­то­рое сра­зу клю­ну­ли наши ре­жис­се­ры, была в Ян­ков­ском ка­кая-то усколь­за­ю­щая, необъ­яс­ни­мая тай­на, так до кон­ца и остав­ша­я­ся не про­яв­лен­ной на ки­но­плен­ке. Про него ни­ко­гда нель­зя было ска­зать со всей опре­де­лен­но­стью: ге­рой или сла­бак, ци­ник или ро­ман­тик.

Он сам ка­зал­ся слож­нее этих опре­де­ле­ний. Мо­жет быть, по­это­му так дол­го оста­вал­ся в фо­ку­се все­об­ще­го зри­тель­ско­го вни­ма­ни­я». Люд­ми­ла Алек­сан­дров­на Зо­ри­на, жена Ян­ков­ско­го, ин­тер­вью не да­ва­ла из прин­ци­па. Лич­ная жизнь ар­ти­ста оста­ва­лась тай­ной за се­мью пе­ча­тя­ми, ко­то­рую су­пру­га рев­ност­но охра­ня­ла 45 лет.

Бу­дучи ода­рён­ной ак­три­сой, в бра­ке она сни­ма­лась всё реже. Олег Ива­но­вич при­зна­вал­ся прес­се: «В ка­кой-то мо­мент надо было по­мочь, как это де­ла­ют дру­гие му­жья. Вы­ста­вить усло­вие: хо­ти­те меня на фильм, бе­ри­те то­гда и жену. Но мне это было как-то нелов­ко. Да и она бы не поз­во­ли­ла. Даже ко­гда без вся­кой ини­ци­а­ти­вы с моей сто­ро­ны Ба­ла­ян при­гла­сил ее сни­мать­ся в «По­ле­тах», она дол­го в это не ве­ри­ла и с тру­дом со­гла­си­лась.

Она очень гор­дый че­ло­век». От­но­ше­ние к жиз­ни и ро­лям В зре­лом воз­расте Олег Ива­но­вич всё боль­ше це­нил уют и се­мей­ный очаг, не тер­пел дли­тель­ных ко­ман­ди­ро­вок и спон­тан­ных пу­те­ше­ствий. К каж­дой из сво­их ро­лей Ян­ков­ский тща­тель­но го­то­вил­ся, за что про­слыл че­ло­ве­ком муд­рым и рас­по­ря­ди­тель­ным, с пре­крас­ным вку­сом и чув­ством меры.

Ин­тел­ли­гент, но не сноб: «веч­ная труб­ка, аро­мат до­ро­го­го та­ба­ка, кра­си­вые шар­фы, ухо­жен­ные мор­щи­ны, си­я­ю­щая бе­ло­зу­бая улыб­ка». Зла не пом­нил: в спек­так­ле по Шекс­пи­ру Тар­ков­ский от­дал глав­ную роль Со­ло­ни­цы­ну, и Ян­ков­ский от­ка­зал­ся оста­вать­ся в тени. Пье­са не по­лу­чи­ла при­зна­ния, но спу­стя семь лет ре­жис­сёр по­зво­нил Оле­гу Ива­но­ви­чу с пред­ло­же­ни­ем, и тот при­нял его как ни в чём не бы­ва­ло.

Та­тья­на Дру­бич го­во­ри­ла об ар­ти­сте: «Мне ка­жет­ся, он был че­ло­век уме­рен­ных же­ла­ний. Его не со­тря­са­ли ам­би­ции, не му­чил бес че­сто­лю­бия. Он был бла­го­да­рен судь­бе за то, что у него было и есть. В нем все­гда чув­ство­ва­лась ка­кая-то ду­шев­ная муд­рость и внут­рен­няя сба­лан­си­ро­ван­ность. Как он при­хо­дил на пло­щад­ку, как шу­тил, как иг­рал...

Един­ствен­ный, кто все­гда был иде­аль­но под­го­тов­лен, кто знал текст роли на­и­зусть». Ян­ков­ский оди­на­ко­во це­нил воз­мож­ность сыг­рать Ка­ре­ни­на, ча­ро­дея и сол­да­та, но остав­лял за со­бой пра­во вы­бо­ра. Ста­ли­на на экране во­пло­щать не стал — «нель­зя ар­ти­сту иг­рать че­ло­ве­ка, не со­стра­дая ему». Сер­гей Ни­ко­ла­е­вич, ко­то­рый не раз об­щал­ся с ак­тё­ром в нефор­маль­ной об­ста­нов­ке, под­твер­ждал «в­се­яд­но­сть» Ян­ков­ско­го: «…

он брал­ся толь­ко за те роли, ко­то­рые не за­де­ва­ли его про­фес­си­о­наль­но­го и че­ло­ве­че­ско­го до­сто­ин­ства. И даже ко­гда при­хо­ди­лось «тор­го­вать ли­цо­м», де­лал это так стиль­но и ар­ти­стич­но, что ни у кого не воз­ни­ка­ло во­про­сов, за­чем ему это надо. Как пра­ви­ло, надо это было дру­гим. Для дела, для те­ат­ра, для фе­сти­ва­ля, для но­во­го филь­ма».