Проделки пришельцев и обновки с помойки: как снимали фильм «Кин-дза-дза!»

Про­валь­ные съём­ки, нехват­ка рек­ви­зи­та, вы­нуж­ден­ные им­про­ви­за­ции… Да­не­лии всё вре­мя что-то ме­ша­ло. На­столь­ко, что о филь­ме уже на­ча­ли в шут­ку по­го­ва­ри­вать как о про­ек­те ино­пла­не­тян. А что же про­ис­хо­ди­ло на са­мом деле? От на­зва­ния — к ха­о­су На­ча­лось всё с на­зва­ния — из­вест­ная по­го­вор­ка о ко­раб­ле вы­стре­ли­ла.

Сме­нив «Кос­ми­че­скую пыль» на «Кин-дза-дзу!», ре­жис­сёр за­пу­стил це­поч­ку пре­об­ра­зо­ва­ний. «У нас по­на­ча­лу в пе­пе­ла­це (ле­та­тель­ном ап­па­ра­те) ви­сел га­мак. В нём рас­ка­чи­вал­ся Лео­нов. К нему под­сел Люб­шин, по­ин­те­ре­со­вал­ся: „Что у тебя в порт­фе­ле?“ Лео­нов за ним, как эхо, по­вто­рял: „Феле-феле-феле...“ Даль­ше от­ве­ча­ет: „Зе­лень“.

— „Ка­кая?“ — „Кин­за“. И да­вай петь: „Кин-дза-дза-дза...“ Всю до­ро­гу пел. „Не мо­жешь за­ткнуть­ся?“ Пес­ня ис­пе­пе­ли­лась. На­зва­ние оста­лось...» — так вспо­ми­нал Ге­ор­гий Да­не­лия. Всё не по пла­ну Да­не­лия быст­ро по­нял, что пла­но­вые съём­ки идут под от­кос. Бо­ри­слав Брон­ду­ков, ко­то­ро­го вы­со­ко це­нил ре­жис­сёр, тя­же­ло пе­ре­нёс ин­сульт и при­е­хать не мог.

Его ге­роя при­шлось вы­черк­нуть из сце­на­рия — всё рав­но бы так ни­кто не сыг­рал. Вах­танг Ки­ка­бид­зе тоже не участ­во­вал по со­сто­я­нию здо­ро­вья — со­блю­дал пред­пи­са­ния вра­чей. Лео­нид Яр­моль­ник, ко­то­ро­му пред­сто­я­ло тор­го­вать пес­ком, при­ез­жал два­жды. За­стал го­ре­ние де­ко­ра­ции и ре­зуль­тат во­жде­ния кол­ле­ги в нетрез­вом виде (раз­ру­ше­ния).

В ки­но­лен­те так и не блес­нул… Роль па­ца­ка Би ис­пол­нил Юрий Яко­влев, за­ме­нив­ший Вла­ди­ми­ра Гаф­та, а Ни­ко­лай Гаро вы­шел на пло­щад­ку вме­сто Ро­ла­на Бы­ко­ва. Аб­ра­докс с Аль­фы из Нор­бер­та Ку­хин­ке тоже не по­лу­чил­ся — по­ме­ша­ла по­ли­ти­ка, по­то­му Да­не­лия во­шёл в кадр сам. Жена ре­жис­сё­ра вспо­ми­на­ла: «На съём­ках „Кин-дза-дзы!

“ я убе­ди­лась в том, что если ты тро­га­ешь ино­пла­не­тян или что-то по­ту­сто­рон­нее, то у тебя обя­за­тель­но бу­дут про­бле­мы. У нас по­сто­ян­но что-ни­будь про­па­да­ло. То пе­пе­лац, вме­сто того, что­бы при­е­хать в Ка­ра­ку­мы, уез­жал во Вла­ди­во­сток. То у нас те­ря­лось ко­ле­со обо­зре­ния. То ко­стю­мы по­че­му-то оста­ва­лись в Москве и не при­ез­жа­ли или при­ез­жа­ли не те.

По­том сго­рел пе­пе­лац. Сде­ла­ли дру­гой: ко­гда его об­жи­га­ли па­яль­ны­ми лам­па­ми, он за­го­рел­ся, и при­шлось ту­шить… Всё вре­мя были бес­ко­неч­ные неуря­ди­цы». Ко­стю­мы и рек­ви­зит: из ни­че­го — все­лен­ная Ко­стюм­ные эс­ки­зы со­гла­со­ва­ли за­ра­нее, но во вре­мя сда­чи по­ста­но­воч­но­го про­ек­та неожи­дан­но вы­яс­ни­лось, что швеи пе­ре­гру­же­ны.

Неуди­ви­тель­но, ведь на Мос­филь­ме сни­ма­ли «Бо­ри­са Го­ду­но­ва», ре­жис­су­ра ко­то­ро­го была куда слож­нее. В ма­стер­ской ху­до­же­ствен­но­го по­ши­ва, при­над­ле­жав­шей Боль­шо­му те­ат­ру, со­гла­си­лись сшить несколь­ко ко­стю­мов. Цены там были го­раз­до выше сред­них, и за­ка­зать сра­зу все на­ря­ды бюд­жет не поз­во­лял, тем бо­лее пред­по­ла­га­лась мас­сов­ка…

Бой­кая Свет­ла­на Ка­хи­шви­ли на­шла вы­ход из си­ту­а­ции: сме­ясь, ска­за­ла, что на Плю­ке мод­но но­сить тёп­лое ис­под­нее. Так бе­льё фаб­ри­ки «За­ря» про­сла­ви­лось на всю стра­ну — не в пер­во­здан­ном виде, ко­неч­но; его мяли, рва­ли, за­ма­чи­ва­ли в хлор­ке и даже жгли, что­бы оно не по­хо­ди­ло на пред­мет зем­но­го гар­де­роба. Ми­ха­ил Биц до­был лёт­ную фор­му.

Да­не­лия взял один ко­стюм на дом и рас­ку­ро­чил. На­ут­ро ре­жис­сёр был по­лон идей, ведь об­на­ру­жен­ные им ко­леч­ки, се­точ­ки, пру­жин­ки и про­чие мел­кие де­та­ли мог­ли пой­ти в дело! Так и слу­чи­лось. Эци­лоп­пы но­си­ли же­лез­ки во рту, а ино­пла­не­тян­ки — по­ду­шеч­ки на мяг­ком ме­сте. Ме­шоч­ки из ней­ло­на при­вя­зы­ва­ли к но­гам па­ца­ков, а на их го­ло­вах кра­со­ва­лись лям­ки.

По­след­ние от­де­ли­ли от ре­зи­но­вых тру­бо­чек, и Лео­нов вдруг за­со­мне­вал­ся: «А это не для того, что­бы лет­чи­ки в них пи­са­ли?» Да­не­лия от­ве­тил от­ри­ца­тель­но. К сло­ву, па­ца­ки ещё от­мен­но зве­не­ли — в ма­га­зине «Ры­бо­лов-спортс­мен» им при­об­ре­ли чув­стви­тель­ные ко­ло­коль­чи­ки для до­нок. Ко­стю­мы, ко­то­рым не хва­ти­ло де­та­лей, об­рас­та­ли тро­фе­я­ми с по­мо­ек.

Сни­ма­ли в Ка­ра­ку­мах, и тай­ни­ков с хла­мом там было предо­ста­точ­но. Мос­фильм тоже сжа­лил­ся и вы­дал несколь­ко ве­щей из ко­стю­мер­ной. Уэф ще­го­лял в мат­рос­ских шта­нах из бре­зен­та, зим­ней май­ке и по­лу­са­пож­ках из кар­ти­ны «Тиль Улен­шпи­гель». Блям­ба, най­ден­ная Да­не­ли­ей на свал­ке, но так и не опо­знан­ная, была тща­тель­но вы­мы­та и при­кле­е­на сза­ди.

По­воз­ка Цан об­за­ве­лась по­крыш­кой из стек­ло­тка­ни. Да­не­лия так увле­чён­но та­щил её с по­мой­ки, что за­был о по­тен­ци­аль­но опас­ных пу­стын­ных оби­та­те­лях — скор­пи­о­нах. Хо­ро­шо, что внут­ри ни­ко­го не было. Кста­ти, о Цан: Ири­на Шме­ле­ва ока­за­лась без ко­стю­ма. По при­лё­те в Небит-Даг вы­яс­ни­лось, что ко­стюм сши­ли, но во­вре­мя не опла­ти­ли.

Ис­пол­ни­те­ли оста­ви­ли его себе. На по­мощь при­шла на­ход­чи­вая Свет­ла­на — она обер­ну­ла ак­три­су тка­нью, при­хва­ти­ла, за­дра­пи­ро­ва­ла… Все пом­нят, как ор­га­нич­но смот­ре­лась Ири­на на экране! Лёт­ный ко­стюм Яко­вле­ва, ко­то­рый яко­бы был слиш­ком яр­ким для съё­мок, ре­жис­сёр ре­шил за­тем­нить. Как ока­за­лось, ткань не ме­ня­ет цвет даже в ванне с кра­си­те­лем.

Сво­и­ми ру­ка­ми де­ла­ли и пе­пе­лац: на клад­би­ще са­мо­лё­тов была по­до­бра­на хво­сто­вая часть Ту-104, на неё ху­дож­ник Тео­дор Тэ­жик на­рас­тил пе­но­по­ли­уре­та­но­вое «мя­со», а Алек­сандр Се­мё­но­вич Ба­тын­ков уже за­нял­ся ко­лё­са­ми и дверь­ми. Он был ма­сте­ром на все руки и успел сде­лать по­воз­ку для Цан. В 1987 году лен­та «Кин-дза-дза!»

взя­ла спец­приз «За изоб­ра­зи­тель­ную кон­цеп­ци­ю» в Рио-де-Жа­ней­ро.