«Русская культура всечеловечна: исполнилось 110 лет со дня рождения Георгия Свиридова

Ге­ни­аль­ность ком­по­зи­то­ра Сви­ри­до­ва, од­но­го из ве­ду­щих твор­цов му­зы­ки вто­рой по­ло­ви­ны ХХ века, ка­жет­ся, ни у кого со­мне­ний не вы­зы­ва­ет. Ни в Рос­сии, ни в мире. Но Ге­ор­гий Сви­ри­дов был и вы­да­ю­щим­ся мыс­ли­те­лем пат­ри­о­ти­че­ско­го на­прав­ле­ния. И в это ка­че­стве он нам се­год­ня, по­чти 20 лет спу­стя со дня смер­ти, крайне ва­жен!

Пуш­кин, Ма­я­ков­ский, Есе­нин… Сви­ри­дов го­во­рил о себе: « «Ме­ня спра­ши­ва­ют: ка­кой я? Я та­кой, как есть — рус­ский че­ло­век. И этим гор­жусь». Он ро­дил­ся неда­ле­ко от Кур­ска, за­ни­мать­ся му­зы­кой на­чал са­мо­уч­кой — пел в цер­ков­ном хоре, сам на­учил­ся иг­рать на ба­ла­лай­ке. На всту­пи­тель­ных эк­за­ме­нах в му­зы­каль­ную шко­лу сыг­рал марш соб­ствен­но­го со­чи­не­ния.

По­том были на­пря­жён­ные годы уче­бы, и преж­де все­го у ве­ли­ко­го Дмит­рия Шо­ста­ко­ви­ча. По­том — дол­гий путь в му­зы­ке и жиз­ни (Сви­ри­дов про­жил 83 года). С са­мо­го на­ча­ла его му­зы­ка была свя­за­на с по­э­зи­ей — все­мир­ной (Шекс­пир, Бе­ран­же, Бёрнс и дру­гие), но преж­де все­го рус­ской. При­чем са­мой раз­ной — от Лер­мон­то­ва, Некра­со­ва и Тют­че­ва до Ма­я­ков­ско­го и даже Хлеб­ни­ко­ва, и даль­ше, к со­вре­мен­ным по­этам (в этом спис­ке и Есе­нин, Блок, Па­стер­нак, Со­ло­губ, и Твар­дов­ский, Кай­сын Ку­ли­ев и мно­гие дру­гие).

Че­рез ав­тор­скую по­э­зию и вос­по­ми­на­ния дет­ства Сви­ри­дов «вы­шел на связь» с мно­го­ве­ко­вым фольк­лор­ным пла­стом. Кре­до Сви­ри­до­ва, вы­ска­зан­ное им са­мим, зву­ча­ло так: «За­да­ча ком­по­зи­то­ра со­всем не в том, что­бы при­пи­сать ме­ло­дию, ноты к сло­вам по­эта. Здесь долж­но быть со­зда­но ор­га­нич­ное со­еди­не­ние сло­ва с му­зы­кой.

В сущ­но­сти, иде­а­лом со­че­та­ния сло­ва и му­зы­ки слу­жит на­род­ная пес­ня» Со­здан­ный им цикл для хора и сим­фо­ни­че­ско­го ор­кест­ра « Кур­ские пес­ни » на на­род­ные мо­ти­вы, Дмит­рий Шо­ста­ко­вич оха­рак­те­ри­зо­вал так (вполне это от­но­сит­ся и к твор­че­ству его уче­ни­ка в це­лом): « У Сви­ри­до­ва мало нот, но мно­го му­зы­ки». А Сви­ри­дов вспо­ми­нал о свое дет­стве в Кур­ских кра­ях: «Рос­сия была бо­га­та пес­ней, Кур­ские края — осо­бен­но. Они хра­ни­лись в па­мя­ти на­род­ных пе­виц и пев­цов, пе­ре­да­ва­е­мые изуст­но, из по­ко­ле­ния в по­ко­ле­ние — див­ные, ста­рин­ные на­пе­вы.

Как они пре­крас­ны, как они ори­ги­наль­ны, свое­обыч­ны, ка­кая ра­дость — слу­шать их. Один из му­зы­каль­ных ла­дов, на ко­то­ром по­стро­е­на моя кан­та­та «Кур­ские пес­ни», го­во­рит о глу­бо­кой древ­но­сти сво­е­го про­ис­хож­де­ния. Это­му ладу, я ду­маю, сот­ни лет». И ко­неч­но — Пуш­кин. По­ми­мо ге­ни­аль­ных, ина­че не ска­жешь, « Му­зы­каль­ных ил­лю­стра­ций к по­ве­сти А.

С. Пуш­ки­на «Ме­тель­»» (1973) были на­пи­са­ны хоры на его сти­хо­тво­ре­ния. Я спе­ци­аль­но пе­ре­слу­шал неко­то­рые из них, го­то­вя этот ма­те­ри­ал — силь­ней­шее впе­чат­ле­ние! Осо­бен­но вот это — «Зо­рю бьют»: Зорю бьют… из рук моих Вет­хий Дан­те вы­па­да­ет, На устах на­ча­тый стих Недо­чи­тан­ный за­тих – Дух да­ле­че уле­та­ет...

Осо­бен­но меня тро­га­ет ис­пол­не­ние Алек­сандра Ве­дер­ни­ко­ва. Очень со­ве­тую по­слу­шать! «Стрем­ле­ние к внут­рен­ней гар­мо­нии, со­зна­ние вы­со­ко­го пред­на­зна­че­ния че­ло­ве­ка — вот что сей­час осо­бен­но зву­чит для меня в Пуш­ки­не», — го­во­рил Сви­ри­дов. Да, в его му­зы­ке это ощу­ща­ет­ся очень от­чет­ли­во. Бог как внут­ренне пе­ре­жи­тая идея В 2002 году вы­шла по­смерт­ная кни­га Ге­ор­гия Сви­ри­до­ва — со­бра­ние его днев­ни­ков и за­ме­ток «Му­зы­ка как судь­ба».

Она вы­зва­ла боль­шой ре­зо­нанс. Ко­неч­но, о му­зы­ке в ней го­во­ри­лось мно­го, но еще боль­ше — о нелег­кой судь­бе Рос­сии и угро­зах для рус­ской куль­ту­ры. Ва­лен­тин Рас­пу­тин так ото­звал­ся о кни­ге: «Сви­ри­дов как мыс­ли­тель, на­блю­да­тель, че­ло­век огром­ной куль­ту­ры, не толь­ко рус­ской, но и ми­ро­вой, “рас­шиф­ро­вал” для нас так мно­го в ис­кус­стве, жиз­ни, в из­вест­ных лич­но­стях, со­бы­ти­ях про­шед­ших и те­ку­щих, даже в Ро­дине на­шей, ко­то­рую, ока­за­лось, мы зна­ем мало; так точ­но ска­зал он о кра­со­те и та­лан­те, о чи­стом и свя­том в ху­дож­ни­ке и во­круг него и так ре­ши­тель­но от­де­лил та­лант от со­блаз­на, чи­стый по­рыв от мод­но­го ис­ку­ше­ния, что ве­ли­кой этой кни­ге ве­ли­ко­го ав­то­ра по­ла­га­лось бы сде­лать­ся на­столь­ной для вся­ко­го, кто ещё не пре­дал­ся окон­ча­тель­но чу­жим бо­гам в по­ни­ма­нии пре­крас­но­го в ис­кус­стве».

Всё так. Чи­та­те­лям от­крыл­ся глу­бо­ко пра­во­слав­ный че­ло­век, мыс­ли­тель, ду­ма­ю­щий о пу­тях Рос­сии. Как ост­ро он ре­а­ги­ро­вал на про­ис­хо­дя­щее в эпо­ху пе­ре­строй­ки! «Мы пе­ре­жи­ва­ем эпо­ху тре­тьей ми­ро­вой вой­ны, ко­то­рая уже по­чти за­кан­чи­ва­ет­ся и про­шла на на­ших гла­зах. Стра­на уни­что­же­на, раз­гры­зе­на на ча­сти… Остат­ки быв­шей Рос­сии бу­дут управ­лять­ся со сто­ро­ны — людь­ми, хо­ро­шо нам из­вест­ны­ми.

Рус­ский на­род пе­ре­ста­ет су­ще­ство­вать как це­лое, как на­ция…» К сча­стью, до это­го все-таки не до­шло. В том чис­ле и по­то­му, что сви­ри­дов­скую тре­во­гу по­ни­ма­ли и раз­де­ля­ли мно­гие. А вот несколь­ко мыс­лей и вы­ска­зы­ва­ний Ге­ор­гия Сви­ри­до­ва раз­ных лет: «Ложь во­шла в со­зна­ние лю­дей как прав­да. Вот в чём ужас!»

«По­ня­тие Ро­ди­ны — очень объ­ем­но, оно — все­объ­ем­лю­ще, гран­ди­оз­но. Оно вклю­ча­ет не толь­ко всё, чем ты жи­вёшь, но и са­мый воз­дух, ко­то­рым че­ло­век ды­шит, его про­шлое, ны­неш­нее и гря­ду­щее, где суж­де­но жить и нам (как и лю­дям про­шед­ших по­ко­ле­ний) сво­и­ми по­том­ка­ми, сво­и­ми де­ла­ми, хо­ро­ши­ми и дур­ны­ми». «Рус­ская куль­ту­ра все­че­ло­веч­на, об­ра­ще­на ко всем лю­дям зем­ли, вы­пол­няя са­мую на­сущ­ную свою за­да­чу — пи­тать душу сво­е­го на­ро­да, воз­вы­шая эту душу, охра­няя её от рас­тле­ния, от все­го низ­мен­но­го».

Да, не зря на па­мят­ни­ке Сви­ри­до­ву, уста­нов­лен­ном в Кур­ске, вы­се­че­ны сло­ва ком­по­зи­то­ра: « Вос­петь Русь, где Гос­подь дал и ве­лел мне жить, ра­до­вать­ся и му­чить­ся». « Ис­кус­ство, в ко­то­ром при­сут­ству­ет Бог как внут­ренне пе­ре­жи­тая идея, бу­дет бес­смерт­ны­м», — ска­зал од­наж­ды Ге­ор­гий Сви­ри­дов. Его ис­кус­ство было имен­но та­ким.