Русский путь Василия Головачёва

Смерть Ва­си­лия Го­ло­ва­чё­ва (ему было 77 лет, при­чи­ной, со­об­ща­ет­ся, ста­ла дол­гая про­дол­жи­тель­ная бо­лезнь – из­вест­но о том, что у него был ин­сульт, и не один) ста­ла боль­шим уда­ром для его по­клон­ни­ков – а их мил­ли­о­ны. Тут уж без пре­уве­ли­че­ний. Толь­ко бу­маж­ных книг про­да­но бо­лее 20 с лиш­ним мил­ли­о­нов эк­зем­пля­ров (ре­зуль­тат вне­сен в Рос­сий­скую кни­гу ре­кор­дов).

А сколь­ко че­ло­век их про­чло в Сети! Прак­ти­че­ски с са­мо­го на­ча­ла сво­е­го твор­че­ско­го пути пи­са­тель ис­по­ве­до­вал в сво­их кни­гах ярко вы­ра­жен­ную, мож­но ска­зать, на­сту­па­тель­ную пат­ри­о­ти­че­скую идео­ло­гию (за что ре­гу­ляр­но под­вер­гал­ся на­пад­кам ли­бе­раль­ной пуб­ли­ки и кол­лег, не пре­ми­ну­ли они и во­след ска­зать ему пару «лас­ко­вы­х»; ну дру­го­го и ожи­дать не при­хо­дит­ся). «Для меня Ро­ди­на, и ма­лая в том чис­ле, зна­чит всё.

По­те­рять её – это по­те­рять жизнь. По­это­му я пы­та­юсь в сво­их ро­ма­нах все вре­мя от­ста­и­вать Рос­сию, рус­ско­го че­ло­ве­ка!» – вот его сло­ва, сво­е­го рода де­виз. Ин­же­нер по об­ра­зо­ва­нию, ро­дом из Брян­ской об­ла­сти, дол­гие годы ра­бо­тав­ший в про­вин­ци­аль­ном НИИ. Ма­стер спор­та по во­лей­бо­лу. Ху­дож­ник. Увле­чён­ный сто­рон­ник рус­ских бо­е­вых ис­кусств…

Ав­тор 60 с лиш­ним ро­ма­нов, про­дол­жав­ший пи­сать до по­след­них дней (а ро­ма­ны его про­дол­жа­ли пе­ре­из­да­вать­ся де­сят­ки раз, и несо­мнен­но бу­дут пе­ре­из­да­ны в бу­ду­щем). Ла­у­ре­ат мно­же­ства про­фес­си­о­наль­ных на­град. И че­ло­век, пи­сав­ший с ка­ким-то бо­га­тыр­ским раз­ма­хом. Все его кни­ги, как пра­ви­ло жи­ву­щие в рам­ках огром­ных цик­лов, об­ра­зу­ют как буд­то бес­ко­неч­ную цепь ми­ров, эта­кий необъ­ят­ный Муль­ти­вер­сум.

Жут­кий и аля­по­ва­тый, по­стро­ен­ный то по за­ко­нам на­ше­го мира, то по ка­ким-то вы­ду­ман­ным ав­то­ром нече­ло­ве­че­ским ко­дек­сам. И со­зда­на эта Все­лен­ная от­ча­ян­но сме­лым пе­ре­пле­те­ни­ем сти­лей и жан­ров – ко­ми­че­ская опе­ра, при­чем са­мая ра­зу­ха­би­стая, бо­е­вик-ко­микс, по­ли­ти­че­ский пам­флет, тра­ди­ци­он­ная на­уч­ная фан­та­сти­ка, ос­но­ван­ная на ра­ци­о­наль­но вы­стро­ен­ных ги­по­те­зах, длин­ные фи­ло­соф­ские и эзо­те­ри­че­кие рас­суж­де­ния, фэн­та­зи, а то и сказ­ка. И мно­гое, мно­гое дру­гое.

При всем нево­об­ра­зи­мом раз­но­об­ра­зии вы­ше­пе­ре­чис­лен­но­го Го­ло­ва­чев вёл ко­раб­ли сво­их ро­ма­нов твер­дым кур­сом. Его мож­но было упрек­нуть, до­пу­стим, в без­вку­си­це, но не в том, что он оста­вил ка­кую-то сю­жет­ную ли­нию неза­вер­шен­ной. Ка­жет­ся, тво­рец «СМЕР­Ша-2» был не про­сто пи­са­те­лем, но «ин­же­не­ром ре­аль­но­стей», кон­стру­и­ру­ю­щим не толь­ко кни­ги, но и само бу­ду­щее, при­чем так де­лав­шим это, что его чи­та­те­лям хо­те­лось жить и сра­жать­ся за пра­вое дело.

И что-то не при­пом­ню ни од­но­го ав­то­ра (в фан­та­сти­че­ском жан­ре, по край­ней мере), ко­то­рый так опе­ра­тив­но ре­а­ги­ро­вал бы на про­ис­хо­дя­щее в стране и мире. «Я, как ка­мер­тон, от­кли­ка­юсь на всё но­вое, осо­бен­но в на­у­ке. Ищу но­вые идеи в фи­зи­ке, ма­те­ма­ти­ке, со­цио­ло­гии, кос­мо­ло­гии, пси­хо­ло­гии. Я по­сто­ян­но по­гру­жён в жизнь на­ше­го мира и ре­а­ги­рую на вы­зо­вы жиз­ни», – го­во­рил пи­са­тель.

«Утром на экране – ве­че­ром в ро­ма­не», ещё и по­это­му он был так по­пу­ля­рен. Тот же «СМЕРШ-2» (1994) это преж­де все­го ис­то­рия о си­ло­вом вос­ста­нов­ле­нии спра­вед­ли­во­сти в пост­пе­ре­стро­еч­ной стране, где этой спра­вед­ли­во­сти яв­ный де­фи­цит. И толь­ко по­том – фан­та­сти­ка. А по­след­ние го­ло­ва­чёв­ские вещи (цикл ро­ма­нов «БО­Г» — «Блуж­да­ю­щая ог­не­вая груп­па) пря­мо за­тра­ги­ва­ли тему СВО.

Вот что пи­шут в соц­се­тях по­клон­ни­ки и чи­та­те­ли фан­та­ста: «Его ге­рои были для меня на­сто­я­щи­ми иде­а­ла­ми – убеж­дён­ные бор­цы за спра­вед­ли­вость, силь­ные ду­хом и те­лом, об­ла­да­ю­щие неор­ди­нар­ны­ми спо­соб­но­стя­ми и ду­хов­ной глу­би­ной, от­кры­ва­ю­щие в себе на­вы­ки вли­ять на миры и ме­нять их к луч­ше­му». «О­со­бое ме­сто в моем серд­це за­ни­ма­ет ге­рой книг Мат­вей Со­бо­лев — клас­са «аб­со­лют». В честь него я на­звал сво­е­го сына Мат­ве­ем.

Ду­маю, это и есть на­сто­я­щее при­зна­ние пи­са­те­ля: ко­гда его кни­ги ста­но­вят­ся ча­стью судь­бы чи­та­те­лей, ко­гда его об­ра­зы и идеи жи­вут в но­вых по­ко­ле­ни­ях». Да, та­кое надо за­слу­жить… У Ва­си­лия Го­ло­ва­чё­ва по­лу­чи­лось.