Талантливые и с перспективой: пять молодых авторов в ожидании издателя

Лю­бой мо­ло­дой про­за­ик, прой­дя че­рез гор­ни­ло раз­лич­ных кон­кур­сов и фе­сти­ва­лей, меч­та­ет об од­ном: что­бы его тек­сты были опуб­ли­ко­ва­ны. Же­ла­тель­но - кни­гой. Луч­ше все­го - в се­рьез­ном из­да­тель­стве. Од­на­ко даже са­мых та­лант­ли­вых, спо­соб­ных дер­жать мар­ку, та­кая судь­ба об­хо­дит сто­ро­ной. Вот лишь несколь­ко имен мо­ло­дых рос­сий­ских ав­то­ров, ко­то­рые еще не об­ре­ли сво­е­го из­да­те­ля.

Мак­сим Сим­би­рев, 25 лет (Са­ра­тов) К два­дца­ти пяти го­дам са­ра­тов­ский про­за­ик Мак­сим Сим­би­рёв со­брал нема­ло ли­те­ра­тур­ных «ме­да­лек»: по­беж­дал во вто­ром се­зоне Все­рос­сий­ской ли­те­ра­тур­ной пре­мии «Ги­пер­текст», в этом году до­шел до фи­на­ла пре­мии «Ли­цей». С жур­наль­ны­ми пуб­ли­ка­ци­я­ми у Сим­би­рёв тоже все в по­ряд­ке: «Но­вый мир», «З­на­мя», «Друж­ба на­ро­до­в», «Звез­да», «Ли­те­ра­тур­ная га­зе­та» и проч. Про­за са­ра­тов­ца жи­вая, не по го­дам рас­су­ди­тель­ная, с фи­ло­соф­ским под­тек­стом, вы­би­ва­ю­ща­я­ся из об­щей мас­сы тек­стов ав­то­ров до трид­ца­ти лет.

Его безум­ные сю­же­ты о взрос­ле­нии со­вре­мен­ных мо­ло­дых ин­те­рес­но чи­тать: от­кры­ва­ет­ся мир непри­спо­соб­лен­ных к жиз­ни слюн­тя­ев, ко­то­рые, столк­нув­шись с про­бле­ма­ми, на­хо­дят в себе силы пре­одо­леть пре­пят­ствия, по­ме­нять­ся в луч­шую сто­ро­ну, че­рез бо­лез­нен­ный опыт стать лич­но­стя­ми. В стар­те - ны­тье, а под ко­нец по­вест­во­ва­ния - не ли­шен­ное до­сто­ин­ства мол­ча­ние с ка­мен­ны­ми ли­ца­ми. Что-то в этом есть…

В об­щем-то, мож­но ска­зать, что Сим­би­рёв - вполне успеш­ный мо­ло­дой ав­тор, если бы не одно «но»: се­рьез­ные из­да­тель­ства пока не за­ин­те­ре­со­ва­ны в его текстах. По­че­му? А пой­ми из­да­те­ля! Ино­гда со­зда­ет­ся ощу­ще­ние, что дело не в «ма­фи­и» и «кла­на­х» (мол, пуб­ли­ку­ют толь­ко сво­их), а в некой ло­те­рее, рас­кла­дах таро, а мо­жет, и в ба­наль­ном ре­тро­град­ном Мер­ку­рии.

Что-то та­кое «не в ло­ги­ку» про­ис­хо­дит - и нор­маль­но­го ав­то­ра не бе­рут в обой­му. Есть, ко­неч­но, у Мак­си­ма сбор­ни­чек рас­ска­зов «Жерт­ва», вы­шед­ший по ито­гам Все­рос­сий­ско­го се­ми­на­ра-со­ве­ща­ния мо­ло­дых пи­са­те­лей «Мы вы­рос­ли в Рос­си­и» (МВР). С ним он и «Ги­пер­текст» брал, и во­шел в шорт-лист «Ли­це­я» (до­ба­вив к име­ю­щим­ся тек­стам еще три-че­ты­ре, пре­вра­тив все уже в сбор­ник «За­бы­тье»).

То­нень­кая кни­жеч­ка, по­чти сам­из­дат. Та­кая в мас­шта­бах книж­но­го рын­ка - по­чти ни­что. А Сим­би­рё­ву нуж­на нор­маль­ная кни­га в нор­маль­ном из­да­тель­стве. Так уж у нас за­ве­де­но: ле­жит твоя книж­ка на при­лав­ке или в мар­кет­плей­се - смот­рят на тебя как на че­ло­ве­ка, ав­то­ра. Вы­ход ви­дит­ся один: пи­сать но­вые тек­сты.

Воз­мож­но даже «в ры­но­к». Хотя, Сим­би­рёв, бу­дучи ав­то­ром без ком­мер­че­ской жил­ки, не ра­де­ю­щим за чи­стое ис­кус­ство, вряд ли так смо­жет. Он оста­нет­ся са­мо­быт­ным, воз­мож­но уй­дет в ан­де­гра­унд, но сво­им прин­ци­пам не из­ме­нит. Тем и бу­дет хо­рош. Де­нис Дым­чен­ко, 22 года (Став­ро­поль) По­служ­ной спи­сок Де­ни­са Дым­чен­ко вы­гля­дит скром­но, од­на­ко услов­ный стан­дарт­ный на­бор пер­спек­тив­но­го мо­ло­до­го ав­то­ра со­бран: по­езд­ки на «Лип­ки», вы­ход в фи­нал «Ли­це­я».

Есть и пуб­ли­ка­ции в «тол­стя­ках». Пусть их не так мно­го, но Дым­чен­ко бе­рет не ко­ли­че­ством, а ка­че­ством. Чего толь­ко сто­ит рас­сказ «Прось­ба вый­ти из ва­го­на», опуб­ли­ко­ван­ный в «На­шем со­вре­мен­ни­ке»: на несколь­ких стра­ни­цах вы­ве­рен­но­го тек­ста (вид­но, что Де­нис уде­ля­ет мно­го вре­ме­ни ре­дак­ту­ре) раз­во­ра­чи­ва­ет­ся про­вин­ци­аль­ная се­мей­ная дра­ма в духе Че­хо­ва.

Тек­сты Дым­чен­ко - это по­чти все­гда про опи­са­тель­ность, чув­ства. Ав­тор убе­ди­тель­но ри­су­ет ге­ро­ев, окру­жа­ю­щую их об­ста­нов­ку, их внут­рен­ний мир. Чаще Де­нис вво­дит в по­вест­во­ва­ние мо­ло­до­го пер­со­на­жа, в меру и без меры ин­фан­тиль­но­го. Тот ва­рит­ся в соб­ствен­ном соку, бо­ит­ся мира, не все­гда го­тов от­ста­и­вать свои гра­ни­цы, ме­нять­ся.

Очень узна­ва­е­мый со­вре­мен­ный ти­паж. При­чем, ге­рой не вы­зы­ва­ет от­тор­же­ния, на­про­тив: его, та­ко­го немно­го несу­раз­но­го, доб­ро­го, с чи­сты­ми по­мыс­ла­ми, ис­крен­нее жаль. Сю­жет же у Дым­чен­ко… Да, ме­ста­ми хро­ма­ет. Не все­гда он явен, ему не хва­та­ет ди­на­ми­ки, ино­гда он прак­ти­че­ски ли­шен дей­ствий. Ощу­ще­ние, что на­хо­дишь­ся в неком кра­си­вом сон­ном цар­ское.

И не рас­сказ вро­де, но и уже не за­ри­сов­ка. Думы, пей­заж, думы, думы, пей­заж. При этом, в текстах все­гда при­сут­ству­ет глу­бо­кий под­текст. Как и в слу­чае с Сим­би­рё­вым, из­да­тель­ства пока об­хо­дят сто­ро­ной Дым­чен­ко. Хотя, Де­ни­су есть что по­ка­зать: тек­сты мож­но со­брать под об­лож­кой сбор­ни­ка, дать пер­вым но­ме­ром по­весть «Ро­по­т» (фи­на­лист «Ли­це­я»).

Это очень вы­ра­зи­тель­ный, ак­ту­аль­ный для на­ше­го вре­ме­ни, текст. Про­бле­мы рус­ской юж­ной глу­бин­ки. Се­мей­ные неуря­ди­цы. Если гру­бо и по­пу­ляр­но го­во­ря: «Ро­по­т» - позд­не­под­рост­ко­вая адек­ват­ная (вот чтоб без лиш­не­го необос­но­ван­но­го ны­тья) «ли­те­ра­ту­ра трав­мы». Мо­жет со­ста­вить кон­ку­рен­цию мно­гим схо­жим книж­кам.

И тут-то как раз си­ту­а­ция «в ры­но­к», но… Пока не за­да­лось… Что глав­ное: несмот­ря на мол­ча­ние из­да­те­лей Де­нис не от­ча­и­ва­ет­ся. Он про­дол­жа­ет пи­сать рас­ска­зы и по­ве­сти. В но­вых текстах его по-преж­не­му ин­те­ре­су­ют мо­ло­дые и роб­кие, ко­то­рые ока­за­лись на жиз­нен­ном пе­ре­пу­тье. По­ли­на Ми­хай­ло­ва, 22 года (Москва) Моск­вич­ку По­ли­ну Ми­хай­ло­ву мож­но сме­ло на­звать тем­ной ло­шад­кой мо­ло­дой рос­сий­ской про­зы.

Лиш­ний раз не вы­со­вы­ва­ет­ся, но ко­гда нуж­но - вы­стре­ли­ва­ет до­стой­ным рас­ска­зом. К та­ким мож­но от­не­сти опуб­ли­ко­ван­ные в пе­ри­о­ди­ке «Каш­та­но­вое ва­ре­нье», «Сла­бым по­ко­ря­ют­ся мо­ря», «Пла­чь». Ос­нов­ная тема ми­хай­лов­ский про­зы - се­мей­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния. Все­гда они по­ка­за­ны с неж­но­стью, без ра­фи­ни­ро­ван­ных «соп­лей», чрез­мер­ных за­вы­ва­ний.

При­чем, в на­ча­ле по­вест­во­ва­ния ми­хай­лов­ская неж­ность нена­вяз­чи­во пе­ре­хо­дит в хо­ло­док, немно­го пу­га­ет сво­ей ста­тич­но­стью (что, ко­неч­но, об­ман­ка от ав­то­ра), а под ко­нец сме­ня­ет­ся ис­крен­ним теп­лом. При этом в текстах По­ли­ны нет на­ив­ной «дев­ча­че­сти», слад­ко-пу­сто­го тре­па (что свой­ствен­но для неко­то­рых ав­то­ров-де­ву­шек ее воз­рас­та). Пусть ее сю­же­ты хоть и бы­то­вые, немно­го из­би­тые, даже ме­ста­ми пред­ска­зу­е­мые, но тем не ме­нее они ка­жут­ся све­жи­ми, не та­ки­ми, как у всех: за счет за­да­ва­е­мой вы­со­кой но­сталь­ги­че­ской ноты, не по го­дам силь­но­го язы­ка, уме­ло по­до­бран­ных ме­та­фор.

По­ли­на Ми­хай­ло­ва име­ет пуб­ли­ка­ции прак­ти­че­ски во всех ве­ду­щих ли­те­ра­тур­ных жур­на­лах, от­ме­ти­лась на Все­рос­сий­ских ли­те­ра­тур­ных фо­ру­мах и фе­сти­ва­лях. Даль­ше, ви­ди­мо, глав­ное: не ис­клю­че­но, что от ма­лой фор­мы По­ли­на пе­рей­дет к бо­лее круп­ным ве­щам. Это вид­но по ее но­вым рас­ска­зам: их тело на­по­ми­на­ет от­рыв­ки из боль­шой про­зы.

Дру­гая сто­ро­на твор­че­ства Ми­хай­ло­вой - сти­хи: по гран­там вы­шли две книж­ки. Те­перь, ви­ди­мо, са­мое вре­мя ре­шить во­прос с пуб­ли­ка­ци­ей пер­вой се­рьез­ной про­за­и­че­ской кни­ги (пер­вая «не­се­рьез­на­я» так же вы­шла по сти­пен­дии). То, что По­ли­на её со­бе­рет - нет со­мне­ний. По­след­нее сло­во за из­да­те­ля­ми. Ан­тон Ер­мо­лин, 32 года (Че­ля­бинск) Ура­лец Ан­тон Ер­мо­лин от­но­си­тель­но недав­но во­шел в ли­те­ра­ту­ру.

В 2023 году со­сто­ял­ся и де­бют в пе­ри­о­ди­ке - пуб­ли­ка­ция в «У­ра­ле». От­но­си­тель­но недав­но вы­шла под­бор­ка рас­ска­зов в «На­шем со­вре­мен­ни­ке». Ер­мо­лин ра­бо­та­ет с ма­лой фор­мой. Он преж­де все­го «рас­сказ­чи­к». В боль­шин­стве его тек­стов ощу­ща­ет­ся вли­я­ние Че­хо­ва, Шук­ши­на, Бу­ков­ски. Реже - Пла­то­но­ва (тек­сты, где Ан­тон экс­пе­ри­мен­ти­ру­ет с язы­ком, вво­дит «ме­ха­ни­че­ски­е» об­ра­зы, ри­су­ет по­чти без­эмо­ци­аль­ных «лю­дей-ма­шин»).

Ав­тор от­да­ет пред­по­чте­ние се­мей­но-бы­то­вым сю­же­там. Ге­ро­ев Ер­мо­ли­на мож­но на­звать по­ста­рев­ши­ми детьми: взрос­лые, ко­то­рые, несмот­ря на жиз­нен­ные про­бле­мы, не очерст­ве­ли, со­хра­ни­ли доб­рую на­ив­ность и чи­стую лю­бовь к миру. В духе: «Слож­но жить, но все сдю­жи­м». Они нешаб­лон­но вы­ра­жа­ют эмо­ции, чув­ства ге­ро­ев: внешне - спо­кой­ны, вы­гля­дят буд­то без­участ­ны­ми, но то как бы «мас­ки»: внут­ри они пе­ре­жи­ва­ют.

Здесь, впро­чем, без про­стран­ствен­ных мо­но­ло­гов и шекс­пи­ров­ских стра­стей: то, что им нра­вит­ся или не нра­вит­ся - ав­тор вы­ра­жа­ет че­рез де­та­ли. Уже этой осе­нью у Ер­мо­ли­на по сти­пен­дии вый­дет пер­вый сбор­ник рас­ска­зов. С од­ной сто­ро­ны, по­чти сам­из­дат, с дру­гой - свое­об­раз­ная ре­кла­ма для из­да­те­лей. С нечто та­ко­го и на­чи­на­ет­ся путь к пол­но­цен­ной боль­шой кни­ге.

Юрий Ни­ки­тин, 32 года (Москва) Ли­те­ра­тур­ная судь­ба моск­ви­ча Юрия Ни­ки­ти­на по-сво­е­му слож­на: как и боль­шин­ство мо­ло­дых та­лант­ли­вых ав­то­ров, про­шед­ших че­рез пя­ток-дру­гой се­ми­на­ров и фо­ру­мов, он несколь­ко лет по­лу­чал хва­леб­ную кри­ти­ку, пуб­ли­ка­ции в «тол­стя­ках», вы­пу­стил по гран­там три сбор­ни­ка рас­ска­зов, по­ве­стей и эссе, но не смог опуб­ли­ко­вать­ся в боль­шом из­да­тель­стве. При том, что у Ни­ки­ти­на мно­го тек­стов, они раз­ные по объ­е­мам и те­мам: вы­би­рай - не хочу. У ав­то­ра хо­ро­шо по­лу­ча­ет­ся рас­ска­зать ис­то­рии оди­но­чек (рас­сказ «У­рок му­же­ства», по­весть «Ка­мер­тон»), по­ка­зы­вать про­бле­мы сво­е­го по­ко­ле­ния (по­весть «Сти­хи, Лида и Пла­тон»), экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с ис­то­ри­че­ски­ми сю­же­та­ми (ро­ман «На ко­тур­на­х»).

Миры Ни­ки­ти­на на­се­ля­ют над­лом­лен­ные пер­со­на­жи, эта­кие сим­па­тич­ные без­обид­ные мо­раль­ные ин­ва­ли­ды. Их «ис­це­ле­ни­е» (уход от хо­лод­но­сти, про­яв­ле­ние ис­тин­ной эмо­ци­аль­но­сти, а там и жиз­ни) про­ис­хо­дит че­рез мел­кие и боль­шие ис­пы­та­ния, лич­ност­ную ре­флек­сию. По­след­нее по Ни­ки­ти­ну - это не про диа­лог с со­бой, при­зна­ние на­ли­чия некой «трав­мы».

Ге­рои в от­кры­тую мо­гут и не при­зна­вать, что име­ют про­бле­мы, а ино­гда, до поры до вре­ме­ни, про­сто не осо­зна­ют того. Од­на­ко они об­ра­ща­ют вни­ма­ние на ре­ак­ции об­ще­ства: как люди вос­при­ни­ма­ют их по­ступ­ки. При­чем, пер­со­на­жи не ищут одоб­ре­ния сво­им дей­стви­ям, а ско­рее неосо­знан­но на­пра­ши­ва­ют­ся на осуж­де­ние.

Им не хва­та­ет услов­но­го пин­ка, что­бы уви­деть ре­аль­ное по­ло­же­ние дел. И здесь им уже не так ва­жен их внут­рен­ний мир, ра­до­сти и боли, а боль­шую цен­ность пред­став­ля­ет, на­при­мер, со­ци­а­ли­за­ция. Быть как все - зна­чит вы­жить. То, что на пер­вых по­рах при­ни­ма­лось за нон­кон­фор­мизм, ока­за­лось ин­фан­ти­лиз­мом. Лич­ность без об­ще­ства - ни­что.

По­ни­ма­ние это­го при­бли­жа­ет ге­ро­ев к из­ме­не­ни­ям.