Зачем футуристы шокировали публику нарядами: что они символизировали?

В на­ча­ле XX века Рос­сия гу­де­ла: ре­во­лю­ции на ули­цах, но­вые спек­так­ли в те­ат­рах, но­вые кни­ги в ки­ос­ках. Но са­мые от­ча­ян­ные ре­бя­та — по­эты и ху­дож­ни­ки — ре­ши­ли трях­нуть не толь­ко по­ли­ти­ку, но и моду. В жёл­тых блуз­ках, с ре­дис­кой в пет­ли­це и сти­ха­ми, от ко­то­рых у клас­си­ков сво­ди­ло ску­лы, они на­зы­ва­ли себя фу­ту­ри­ста­ми.

Кто они были — чу­да­ки или ге­нии? Кто эти люди? Да­вай­те по­зна­ко­мим­ся Фу­ту­ризм как яв­ле­ние ро­дил­ся в на­ча­ле XX века и был на­це­лен на от­ри­ца­ние сто­ле­ти­я­ми сло­жив­ших­ся норм и пра­вил. Ро­до­на­чаль­ни­ком фу­ту­риз­ма был ита­льян­ский поэт Фи­лип­по Том­ма­зо Ма­ри­нет­ти (ма­ни­фест 1909 г). В Рос­сии на­прав­ле­ние раз­ви­лось са­мо­сто­я­тель­но.

В га­зе­тах и жур­на­лах ста­ли пе­ча­тать са­ти­ри­че­ские сти­хо­тво­ре­ния, фе­лье­то­ны, шар­жи, ка­ри­ка­ту­ры. Они охва­ты­ва­ли и осве­ща­ли в юмо­ри­сти­че­ском клю­че со­бы­тия са­мых раз­ных тем: вы­ход спек­так­лей, при­ня­тие но­вых за­ко­нов, вы­ста­вок ху­дож­ни­ков. Ме­ня­лись фор­мы, раз­ме­ры, рит­мы сти­хо­тво­ре­ний. Ме­ня­лась жизнь… Кто «про­по­ве­до­вал»?

Ярым сто­рон­ни­ком фу­ту­риз­ма был Вла­ди­мир Ма­я­ков­ский. Его сти­хо­тво­ре­ния ча­сто встре­ча­лись в те­ма­ти­че­ских сбор­ни­ках, на­при­мер «По­щё­чи­на об­ще­ствен­но­му вку­су». Баг­ро­вый и бе­лый от­бро­шен и ском­кан, в зе­лё­ный бро­са­ли гор­стя­ми ду­ка­ты, а чёр­ным ла­до­ням сбе­жав­ших­ся окон раз­да­ли го­ря­щие жёл­тые кар­ты. В. Ма­я­ков­ский «Ночь» Ку­бо­фу­ту­ризм (от­ветв­ле­ние фу­ту­риз­ма) в Рос­сии об­ре­ло сво­их фа­на­тов в 1910 году.

Груп­па «Ги­ле­я» (так на­зы­ва­лось об­ще­ство) нес­ла в себе всю «ре­во­лю­ци­он­но­сть» дви­же­ния. Во­жа­ком счи­та­ли Ве­ли­ми­ра Хлеб­ни­ко­ва (по­эта и про­за­и­ка). Он ока­зы­вал силь­ное вли­я­ние на сво­их «со­бра­тьев» по фу­ту­ри­сти­че­ско­му перу. И даже при­ду­мал соб­ствен­ный язык для сво­ей по­э­зии. Хлеб­ни­ков был за­ко­но­да­те­лем мод в сре­де фу­ту­ри­стов.

Кры­лыш­куя зо­ло­то­пись­мом Тон­чай­ших жил, Куз­не­чик в ку­зов пуза уло­жил Бо­рис Па­стер­нак счи­тал его силь­ней­шим из учи­те­лей. «До­лой сло­во-сред­ство, да здрав­ству­ет Са­мо­ви­тое, са­мо­цен­ное Сло­во» (ло­зунг фу­ту­ри­стов) «Ги­ле­я» по­лу­чи­ла на­зва­ние бла­го­да­ря по­эту, пе­ре­вод­чи­ку Бе­не­дик­ту Лив­ши­цу, ис­сле­до­ва­те­лю фу­ту­риз­ма. Об­ще­ство ини­ци­и­ро­ва­ло вы­ход «силь­ных сво­ей та­лант­ли­во­стью и ужас­ных сво­ей небрезг­ли­во­стью» (Н.

Гу­ми­лёв) сбор­ни­ков и жур­на­лов по­э­зии: «Мо­ло­ко ко­бы­ли­ц», «Дох­лая лу­на», «За­тыч­ка» и дру­гие. Со­че­тать несо­че­та­е­мое Сами фу­ту­ри­сты ста­ли экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать не толь­ко с ли­те­ра­ту­рой, но и с одеж­дой. От­ход от клас­си­че­ско­го ко­стю­ма в сто­ро­ну ру­ба­шек яр­ких рас­цве­ток, огром­ных бан­тов, несу­раз­ных гал­сту­ков бил по нор­мам тра­ди­ци­он­ной куль­ту­ры.

Сто­рон­ни­ки по­яв­ля­лись на ули­цах с рас­кра­шен­ны­ми ли­ца­ми. Грим пред­став­лял со­бой раз­но­цвет­ные зиг­за­ги, эле­мен­ты рас­те­ний, опе­ре­нье птиц. Це­лью фу­ту­ри­сти­че­ско­го ма­ки­я­жа был по­каз из­мен­чи­во­сти жиз­ни как та­ко­вой, при­ро­ды, вре­мён года. Всё ме­ня­лось во­круг, но сто­ле­ти­я­ми не ме­ня­лись устои мо­раль­ные, ли­те­ра­тур­ные, об­ще­ствен­ные.

Взгляд на Ев­ро­пу в этом от­но­ше­нии силь­но по­вли­ял на вос­при­я­тие но­вой эпо­хи ис­кус­ства. Лек­ции ев­ро­пей­ских фу­ту­ри­стов, их пе­ре­ве­дён­ные сти­хо­тво­ре­ния — всё это гром­ко по­вто­ря­лось в Рос­сии. Ху­дож­ник не дол­жен огра­ни­чи­вать себя чем-то! Его же­ла­ние тво­рить долж­но быть все­о­хват­ным, рас­те­ка­ю­щим­ся во­пре­ки за­пре­там, оно долж­но дви­гать­ся и на сво­ём пути не встре­чать со­про­тив­ле­ния.

Ма­я­ков­ский бро­сал вы­зо­вы сме­ло. Жёл­тая блуз­ка на нём вы­зы­ва­ла гнев у всех, кто жил в обыч­ном мире. Яр­кий, сме­лый об­раз вы­зы­вал неодоб­ре­ние. При этом дру­зья по­эта про­но­си­ли жёл­тое оде­я­ние за ку­ли­сы тай­но. На одеж­де мог­ли быть при­ко­ло­ты пуч­ки ре­дис­ки, из кар­ма­нов вид­не­лись де­ре­вян­ные лож­ки, в ушах кра­со­ва­лись вы­чур­ные серь­ги.

Всё оде­я­ние пря­мо-таки кри­ча­ло: «За­меть­те нас! Мы — но­вое по­ко­ле­ние! Впе­рёд к сво­бо­де и са­мо­вы­ра­же­нию! На цепи ис­кус­ства Фу­ту­ри­сти­че­ское дви­же­ние было мно­го­об­раз­ным и со­став­ля­ло несколь­ко групп, ко­то­рые меж­ду со­бой ещё и кон­ку­ри­ро­ва­ли («Ин­ту­и­тив­ная ас­со­ци­а­ци­я», «Ме­зо­нин по­э­зи­и»). В 1914 году в Кры­му со­сто­я­лась «Пер­вая олим­пи­а­да фу­ту­ри­сто­в».

Участ­ни­ки Ма­я­ков­ский, Бур­люк, Баян, Се­ве­ря­нин, Шен­ге­ли зна­ко­ми­ли слу­ша­те­лей со сво­ей «сво­бод­ной по­э­зи­ей». Од­на­ко мест­ная пуб­ли­ка не осо­бо вос­тор­жен­но вос­при­ня­ла вы­сту­па­ю­щих, пер­вая олим­пи­а­да ста­ла и по­след­ней. Внут­рен­ние кон­флик­ты, несо­гла­сия с но­вы­ми иде­я­ми ста­ли раз­ру­шать со­об­ще­ства фу­ту­ри­стов. Уход из жиз­ни са­мых ак­тив­ных участ­ни­ков Е.

Гуро и В. Кня­зе­ва по­вли­ял на их ак­тив­ность - чис­ло вы­ступ­ле­ний и ма­ни­фе­стов рез­ко со­кра­ти­лось. На­ча­ло ре­во­лю­ции чуть успо­ко­и­ло фу­ту­ри­стов и пе­ре­ори­ен­ти­ро­ва­ло их на по­ли­ти­че­скую борь­бу. Яр­кое пят­но сво­бо­ды ещё вспы­хи­ва­ло в об­ще­стве из­да­ни­ем «Га­зе­ты фу­ту­ри­сто­в» в 1918 году, а по­том со­всем сме­ша­лось с но­вой идео­ло­ги­ей со­вет­ско­го пе­ри­о­да.

А жёл­тая одеж­да Ма­я­ков­ско­го на­все­гда оста­лась в его стро­ках. Я со­шью себе чёр­ные шта­ны из бар­ха­та го­ло­са мо­е­го. Жёл­тую коф­ту из трех ар­шин за­ка­та.